Путь искушения

Мишель замешкалась.

Парни вели себя очень уверенно. И очень нагло. И при этом не предпринимали попыток подойти, приблизиться… Отчего-то это было самым страшным, потому что объяснению странному поведению парней у Мишель не было.

Мишель решила воспользоваться тем, что парни не приближались и заголосить изо всех сил. Она рывком набрала воздуха в лёгкие и закричала. Попыталась закричать.

Это было как в кошмарном сне. Кричать не получилось.

Вместо воплей была тишина. Страшная. Отвратительная.

Она надрывно закашлялась, и, воспользовавшись паузой, один из нагов проговорил:

– Видишь ли, сладенькая, чем больше ты стараешься, тем хуже себе делаешь. Низшая менталка безотказно действует на мистиков.

Нага пихнул в бок джинн, недовольно зашипев, но Мишель было не до их разборок.

– Что вам от меня нужно?

Когда к ней нарочито медленным шагом приблизился наг, дыхание перехватило от страха.

– Видишь ли, куколка, ты задолжала кое-что одному хорошему человеку, – вкрадчиво, с шипящими интонациями, от которых Мишель замутило, произнёс он.

– Что же? – Мишель отчаянно храбрилась, судорожно соображая, что же делать. Она в ловушке. Выбрать отсюда невозможно. Кричать тоже. Остаётся только тянуть время.

– Всего лишь свою жизнь, сладкая, – сказал хвостатый и облизнулся.

– Это какая-то ошибка, – забормотала Мишель.

– Никакой ошибки, – осклабился один из оборотней.

– И у нас как раз есть кое-что, что тебя спас-сёт.

Мишель резким движением прижала ладонь ко рту. Если наг зашипит снова, она не выдержит. Её стошнит. Хвостатый видимо, понял, почему Мишель отвела глаза и содрогнулась несколько раз. Уязвлённый, он оскалился и у Мишель мурашки побежали по коже, стоило увидеть короткие, но острые, как иглы, клыки.

Спокойно, Мишель, спокойно. Они пока не нападают. Может, у них нет такого приказа? Узнать бы, что им всё-таки нужно…

Ответ пришёл незамедлительно.

– Вот, – ей протянули белый прямоугольник панели и стилограф. – Ты подписываешь кровный контракт и спокойно идёшь домой. С тобой свяжутся.

– Кто свяжется? – Мишель отчаянно тянула время.

– Узнаешь, сладкая. Всему своё время.

Белый прямоугольник панели манил, гипнотизировал. Мишель с удивлением и ужасом поняла, что её хочется к нему прикоснуться.