Русалка и дракон

Еще какие общительные. Только людей, кажется, не слишком жалуют. Хотя сами-то кто…

Лакума ожидала на берегу, уперев руки в бока.

– Тебя только за утоплением посылать! – строго сказала она мне, забирая разноцветную охапку.

Принюхалась к ним с подозрительным видом. Я даже дышать перестала. Но Ролан, кажется, свое дело знал.

– Удивлена, – с плохо скрываемой радостью сказала Лакума и посмотрела на меня почти одобрительно.

К нам приблизилась рослая девушка, с чуть более широкими, чем позволяют общепринятые каноны красоты плечами, загорелой кожей и копной белоснежный кудрей.

Она не сводила с меня глаз, а Лакума – с нее.

У девушки были красиво вылепленные скулы, светло-бирюзовые, цвета морской волны, глаза и пухлые губы. Она смотрела на меня и хмурила лоб, словно пыталась что-то вспомнить.

– Госпожа Морето, – запричитала Лакума. – Я, я… сейчас. Почти все у меня уже готово. Вот, видите, и водоросли ваши любимые принесли. Я мигом! – она обернулась ко мне, -Эй, как тебя, Ириэль, бегом со мной на кухню, поможешь нарезать водоросли для любимого салата госпожи!

Та самая госпожа Морето подняла руку, жестом вынуждая Лакуму замолчать.

Женщина, сглотнув, умолкла, продолжая преданно есть подошедшую глазами.

– Точно, Ириэль! – произнесла госпожа Морето. – И имя совпадает. А я все думаю – где я видела тебя! Ты – та самая гостья господина Кано, верховного предводителя нашего дракарата? Из зеркального мира?

Голос у госпожи Морето оказался низковатый, чуть с хрипотцой, но мелодичный и очень приятный.

Про такие принято говорить – чувственный. От всей статной фигуры девушки веяло уверенностью в себе, своем обаянии и внешних данных. По мере речи госпожи Морето у кухарки Лакумы дергался глаз.

– Как? – забормотала она. – Человечка, ой простите, госпожа, гостья? Из зеркального мира? Так ты… то есть вы, не джошу? Простите, госпожа!

– Да какая я госпожа! – смутилась я. – И вы правильно определили – я человечка, – и, обернувшись к госпоже Морето, добавила: – Из другого мира, ага.

Та вмиг просияла, глаза зажглись любопытством. Чем-то неуловимо она напоминала девиц из дворца, девчонок на пляже, даже госпожу Лакуму. Приходилось признать: женщины этого мира отличаются яркой красотой и статью. А еще, судя по горящим глазам, что госпожи Морето, что Лакумы, как и в нашем мире, очень любопытны.

– Ну так это же прекрасно! – всплеснула руками Морето.