Русалка и дракон

Соперники стояли друг перед другом запыхавшиеся, часто дышали, но глаза продолжали гореть ненавистью, взгляды, казалось, вот-вот прожгут насквозь.

– В следующий раз я одолею тебя, Мичио Золотой Дракон, – хрипло сказал Кано и убрал за ухо прилипшую ко лбу темно-синюю прядь.

– Никогда, Водный.

– Ты был силен, пока рядом с тобой была Джун. Твоя женщина. Она сбежала – и ты теряешь свою силу. Это знаю я, это знаешь ты.

– Ты не можешь похвастать даже воспоминаниями о подобной силе, Кано. Твоя Мари, Любимая, никогда не будет с тобой.

Судорога исказила черты Водного дракона. Он посерел на глазах, но быстро справился с собой.

– Ты хочешь войны, Мичио Кинриу, – сказал он. – Я дам тебе войну. Я поставлю тебя и Огненный дракарат на колени.

С этими словами он легко подпрыгнул, полы синего камзола взметнулись крыльями и в следующий миг синий дракон принялся подниматься в небо.

Я каким-то образом последовала за ним.

Когда в голове раздался глухой раскатистый голос, вздрогнула и зябко поежилась.

– Где ты, Мари? – прозвучало где-то совсем близко. – Я найду тебя в тысяче миров. Ты далеко… но близко. Я чувствую тебя.

Дракон изогнул синюю шею… и заглянул в зеркало!

Стоило встретиться с ним взглядом, я заорала от ужаса.

И проснулась.

Глава 1

Я приподнялась на кровати и помотала головой, прогоняя остатки сна. Какое-то время продолжало казаться, что двигаюсь под водой, а еще никак не забывались пронзительные синие глаза дракона. И его голос… Он звал Мари…

Но меня зовут Ариэль! Точнее, по паспорту я Ирина, но сходство с диснеевским персонажем, замеченное окружающими в раннем детстве такое разительное, что даже самые близкие стали еще ребенком звать Ариэлькой.

А мама помню, после просмотра мультика рассказывала чудесные сказки, что это не мультик вовсе, а история из истинного мира, где в подводном царстве все точно так, как показано, в общем.

Зато мама у меня Марина. И предпочитает откликаться именно на сокращение Мари. О какой Мари говорили… драконы? Что это за Мари, которую один, как я поняла, похитил у другого и спрятал в каком-то «зеркальном» мире?

Уж не о моей маме шла речь? Нет, бред.

Я, наверное, не вполне еще проснулась…

– Ну и сон, – пробурчала я и зевнула ладонью.

– Ты что-то сказала?

Мама вошла в комнату. В облаке духов с ароматом морской свежести, как всегда. А вид встревоженный. Лоб нахмурен, во взгляде настороженность, между бровей пролегла морщинка. А я привычно ей залюбовалась.