Путь единственной

И вместе с тем ноздри терзал дурманящий аромат желающей его женщины. Кровь вскипала в венах, внутренний огонь рвался наружу, в висках оглушительно пульсировало. Если бы он не знал Мишель, не думал бы, что способен так желать женщину.

Мысль о рыжей отрезвила, охолонула, словно ледяной душ в жаркий день.

Ненадолго.

Аромат желания усиливался, яркий сочные эмоции казалось, только набирали силу.

Деланно равнодушным тоном он осведомился о её самочувствии, но Нинет как будто не слышала его.

– Эрам, – прошептала она хриплым от страсти голосом, а потом медленно облизала губы.

Инкуб не верил своим глазам.

Вместо Нинет перед ним стояла Мишель.

Маленькая, хрупкая. Безумно желанная и до невероятного родная. В том самом огненно-красном платье, его подарке.

Она смотрела на него с любовью и привычным, до невозможного огромным желанием в потемневших от страсти глазах.

А потом подняла руки и провела пальцами по плечам.

Платье струящимся потоком скользнуло по хрупкой фигурке, словно омывая ту алым пламенем.

Безупречно белая кожа… Волнующие изгибы тела. Высокая полная грудь с бледными ореолами сосков, которые съёжились под его взглядом и дерзкими бутончиками торчат вперёд, моля понежить их языком, прикусить зубами.

Тонкая талия, которую можно обхватить двумя руками, впалый и одновременно мягкий живот…

Гладко выбритый треугольник кожи и смуглые пухлые складочки под ним. Бесстыдно приоткрытые, словно дразнят влажным и розовым между ними.

Округлые бёдра и длинные стройные ноги…

– Мими, – вырвалось у Эрама хриплое.

Неужели его девочка здесь, с ним? Неужели всё это привиделось, причудилось? Просто кошмарный, ни на что не похожий сон. Мими здесь, рядом, как всегда смотрит на него с нежностью и теплотой. Готовая принять его, любого. Просто потому, что он – это он.

На миг рыжая замерла, потом проговорила хрипло:

– Это я, Эрам.

Что-то в нотках её голоса показалось незнакомым, непривычным, но сейчас Эраму не было до этого никакого дела.

Осторожно перешагнув через лужицу алого шёлка, Мими приблизилась к нему. От обилия излучаемых ею эмоций его привычно чуть пригвоздило к креслу.

Не отводя взгляда, она опустилась перед ним на колени, изящным движением расстегнула брюки.

Его член тут же восстал, вырвавшись на свободу.