Путь единственной

Затем, глубоко вздохнув, откинулся на спинку сиденья.

Дорожный федерал, заглянув в тонированное стекло экспериментальной химеры, ничего не разглядел (как будто собирался), и отошёл, прикрепив к ветровому стеклу бланк на штраф.

Если бы человек всё же мог заглянуть внутрь, возможно подумал бы ещё, стоит ли связываться с высшим демоном.

Поначалу его терзали сумбурные, беспокойные сны.

Какая-то пустошь… выгоревшая дочерна земля… Ветер бьёт в лицо, заставляет задыхаться, барабанит мелкими камешками и ошмётками пепла.

Он ползёт из последних сил. Куда? Он не помнит. Но, кажется, у него была цель.

Кажется, сначала он сходил с ума от ярости, потом от боли.

Откуда-то появился брат и напоил его своей кровью.

Силы вернулись, и Харлей тут же куда-то исчез.

Вместо него пришла Мишель. Рыжая, растрёпанная. Солнечная.

Она озорно улыбалась и просила приласкать её.

Эрам с жаром принялся исполнять просьбу рыжей, но что-то не давало ему покоя. Какая-то тянущая, сосущая боль изнутри.

Он поднял голову, чтобы осмотреться и отшатнулся, когда вместо лица Мишель увидел Нинет. Она издевательски, заливисто расхохоталась. Черты её поплыли, обретая форму чудовища.

– Что же ты остановился Эрам? – прогудел монстр. – Приласкай меня, мне это так нужно… Просто, чтобы почувствовать себя лучше.

Пока, словно был не в силах поверить с такое предательство, Эрам продолжал смотреть на чудовище, сзади на него упала чья-то тень.

За спиной стоял инкуб в неприметном плаще, на миг его лицо показалось знакомым. Он сжимал в руке пистолет и тоже смотрел на то, чем ещё минуту назад была Нинет.

– Это не она, – сказал он Эраму и вздохнул. – Мне нужна другая. Рыжая.

Развернувшись, инкуб с пистолетом ушёл, прячась в воротник от дождя и ветра.

Да, пошёл дождь. Забарабанил по крыше и, наконец, разбудил инкуба.

Эрам встряхнулся, словно пёс, что выбрался из воды.

Домой не хотелось.

Квартира после исчезновения Мишель опустела. Рыжее солнышко согревало её изнутри, наполняло светом и любовью. Эрам даже не думал, что его холостяцкая берлога, рациональная и функциональная, сможет в считанные дни стать такой уютной и как будто живой.

Тем больнее оказалось опустошение после.

Видеть её мягкие домашние туфельки, сиротливо стоящие в углу… Подумать только, она уже успела стоптать задники… А ещё она оставила недопитую чашку на столе.