Свадьба в планы не входила

 – Слишком многое на кону! Я не для того заказывала платье у Gucci, чтобы твои капризы всё испортили!

– Мои… кап…капризы?!

– А что ещё?! Я слишком дорого заплатил за эту свадьбу, юная леди!

– Не смей быть эгоисткой, Ангелина!

– Будь добра привести себя в порядок и надеть своё лучшее платье!

– И подарки Генри!

– Да-да! Сейчас же вдень в уши все его чёртовы подарки и жди своего жениха!

– Попробуйте только опоздать в «Клэйм Холл»! Я с тобой не так поговорю! Слышишь?!

– Милая, я уверена, это недоразумение! Я сейчас наберу Генри…

Дальше я не слушала.

Оборвала связь.

В голове шумело, но несмотря на это я вдруг ясно поняла одно: я не выйду замуж. Вообще. Ни за Генри, ни за кого другого. Вообще никогда!

Это героическое решение принесло облегчение.

Я прошла в ванну, и, как была в платье, колготках и балетках (то-то ноги замёрзли, пока бежала к подъезду), перешагнула через бортик и включила душ.

Горячая вода успокоила. Насколько это было вообще возможно.

Но и отрезвила. Чего я никак не могла допустить! Слишком уж назойливо скакали перед мысленным взором картинки: секретарша жениха в бесстыжем новогоднем костюме, маска блаженства, застывшая на холёном лице Генри…

Закутавшись в банный халат, я протёрла вспотевшее зеркало.

Всё как всегда – светлые растрёпанные волосы (прощай, новогодняя укладка!), широко распахнутые глаза со слипшимися после душа ресницами. Словом, моё лицо. Как по мне – самое обычное, хотя даже мама считает меня красивой (она любит рассказывать подругам после пары бокалов шардоне, что никак не ожидала, что из того страшненького и бледненького ребёнка может вырасти такая вот прелесть).

Ну, разве что глаза и нос покрасневшие. И губы припухли от слёз…

Но в целом – ничего необычного.

Словно ничего и не произошло.

И это почему-то пугало до дрожи!

Потому что с самого детства я считала, что хуже измены быть не может!

С тех самых смутных детских воспоминаний, когда мама, рыдая, запирается в ванной и отцу приходится выламывать дверь и выносить её, пугающе обмякшую, на руках… А потом в доме становится пусто и сиротливо, потому что мама в больнице! Мне, конечно, никто ничего не говорит, но в воздухе висит шёпот прислуги, что это всё из-за «измены».

Измена… Я, маленькая, понятия не имею, что это за зверь такой, но в моём понимании он куда страшнее всех вампиров Ван Хельсинга и монстра, созданного доктором Франкенштейном.