Дракон и феникс. Подарок особого назначения

 – Но я могу распоряжаться любым имуществом, кроме себя, конечно. Я хочу продать наложниц. И служанок.

Вот это поворот! Но с кого спросит господин по возвращению? Не с него ли? Но, с другой стороны, лорд О’Валлагхар сам дал рабыне это право. Да, она в замке недавно, но никогда ещё господин Пуре не видел, чтобы кто-то из девушек настолько заинтересовал дракона, чтобы предоставить ей… Демоны! А ведь она и в самом деле имеет на это право. И спрашивать господин будет с неё. А может, это вообще его распоряжение? Кто знает… Чтобы рабыня решилась на такое неслыханное самоуправство, не заручившись поддержкой хозяина… Маловероятно.

– Вы осознаёте последствия? – осторожно спросил он.

Девушка снова кивнула. Решительно.

– Меня хотели убить. Подсыпали яд в пищу. И я спрятала кое-что до возвращения господина (конечно, блеф, но, а всё же? жаль, что эта идея пришла в голову только сейчас). У меня есть доказательства. И всё указывает на гарем. А когда господин вернётся, может и не разбираться, кто из этих женщин желал мне смерти или пытался опоить дурманом.

– Вы собираетесь сами продавать их? На невольничьем рынке? – управляющий промокнул салфеткой вспотевший лоб.

– Нет, – покачала головой Тиана. – Я не покину замок без приказа господина. Этим займётесь вы. И отдадите вырученные деньги лорду О’Валлагхару по прибытию. Вы ведь тоже работаете здесь по договору?

Управляющий громко сглотнул.

– Но я не хочу, чтобы их продали на невольничьем рынке, – сказала Тиана, делая вид, что не заметила смущения управляющего. – В доме почтенного Брут-Баши я узнала, что на якоре неподалёку стоят кораблитхарцев, его сородичей. В числе прочего они ищут наложниц для гарема великого тхара и его визирей. Он думал и меня им продать, – мастерски врала она. – Но всё же сделал предпочтение в пользу нашего господина. Вы продадите женщин тхарцам.

Управляющий кивнул, поджав губы. Умно.

Когда господин вернётся, его гарема и след простынет. Но если то, что сказала новая рабыня о покушениях – правда, так это в интересах того же гарема. А если соврала… Господин сам виноват, пусть сам и разбирается со строптивой рабыней! Ему-то что? Ослушаться, благодаря недальновидности лорда, он не имеет права. Тут своё место бы удержать.