Мертвая авеню

»

Видимо, Боб сумел уловить угрозу в его голосе, – хотя если учитывать то, каким тоном голубоглазый парень эту фразу произнес, чтобы не услышать эту самую угрозу, нужно было быть совсем глухим, – так что нахмурился, покачал головой и все-таки покорно встал.

Я шумно вдохнула воздух в легкие, которого мне так не хватало с момента, как я поймала его взгляд, и аккуратно опустилась на сидение. Голубоглазый сидел слева от меня. Вид у него был крайне скучающий и болезненно холодный.

– Спасибо, – выдохнула я.

– Не стоит благодарности. – равнодушно парировал он, даже не удостоив меня взглядом.

«Не стоит благодарности».

Эту реплику я привыкла слышать в доброжелательном тоне и сопровождаемую широкой улыбкой на лице. Минуту назад в моих глазах он выглядел мягче. По отношению ко мне, не к Бобу.

Ему, видимо, все сидевшие в коридоре надоели так, что и смотреть на них ему было очень скучно. Казалось, он был не предназначен для всего этого. Он не вписывался в окружающую среду: их изнеможенные лица, полные страданий, и его сдержанное.

Но эта сухость пугала и отталкивала. Лучше быть уязвимой, но живой.

Здесь у каждого была своя трагедия. Не было ни единого выжившего, который не был бы морально искалечен. Многие из них сдавались, убивали себя, а он держался на редкость стойко, и я решила, что он ожесточился после всего, что видел, и потому смерть вокруг не слишком его тревожила.

С таким же серьезным выражением лица принц восседает на троне рядом с величественными родителями.

И тогда я задумалась, что случилось с его родными. Хоть кто-то из них уцелел?

Я надеялась, что он посмотрит на меня. Хотела поймать его мимолетный взгляд безо всякой причины и убедиться в том, что он человек. Такой же, как и я. Но он сидел с каменным лицом.

А с чего бы ему было вообще смотреть на меня? Если он прогнал того парня, предоставив место, где я могла бы примоститься, еще ничего не значило.

Очередь продвигалась не слишком проворно. Некоторые, казалось, уже приросли к сидениям, а кто-то – готов был лезть на стенку, лишь бы хоть как-то скоротать время. Девочка лет тринадцати-четырнадцати, сидевшая напротив меня, в тысячный раз пересчитывала свои пальцы, точно переживая, каждый ли был на месте. Я поймала себя на том, что проделывала то же самое.

В воздухе повисло тяжелое молчание. Оно давило на меня, точно океанская вода.