Трёхглазая рыба минога

Потому сейчас Лаури сидел на вышке совсем один и был безмерно счастлив и умиротворён.

На Пирресни опускались сумерки. На Приречный опускались сумерки. Стайка птиц взметнулась с крыши одной крепости и перелетела через реку на башни другой.

Лаури нравилась его работа. После армии он решил стать пограничником: войны закончились, новой пока не предвиделось, с остальными государствами они вроде как подружились, поэтому профессия казалась непыльной и безопасной. Пока Лаури не отправили на южную границу, где он застал драку рыбаков в местных нейтральных водах, что привело к международному скандалу и переразделу границ.

Потом была западная граница на островах, где целыми днями он находился в обществе лисиц и улиток, пока зимой на учениях чуть не замёрзла группа новобранцев на учениях и Лаури в одиночку пришлось налаживать связь с материком. Про северную границу Лаури даже думать не хотел: работа в порту и тем более в аэропорту казалась суматошным адом. В Пирресни Лаури пробыл всего несколько лет, и пока что ему всё нравилось. За всё это время было только одно происшествие около года назад, да и то оно касалось другой стороны.

В его работу входило не только смотреть, но и слушать и передавать наверх, если он замечал что-то странное в сигналах рыбацких катеров или какие-то необычные шумы на реке. Лаури неспешно переключал радио на разные частоты, положив голову поверх мягкой кипы методичек «Спасение утопающих в приграничных зонах».

– А чего бы тебе хотелось больше всего? – раздался вдруг молодой девичий голос на одной из частот.

Лаури даже вздрогнул, сначала подумав, что вопрос был адресован ему.

– Вырасти. Работу найти, – ответил другой голос.

– Это ещё зачем?

– Денег хочу.

– Работа и деньги между собой вообще никак не связаны.

– Наверное. Не знаю. У меня ни того ни другого.

– А если б деньги были, что бы ты хотел?

– Визу бы сделал. И к вам пришёл. Стал бы художником.

– А приходи так. По реке.

– Я тебе что, минога?

– Да все знают, что от вас народ к нам ходит.

– Прям по воде?

– Ну наверное. Не знаю. Отец наверняка знает. Он всё знает. Но не скажет.

– А не опасно это? В смысле река-то опасная, но я не боюсь. Знаешь, как мы с Юркой научились нырять? С любой высоты можно спрыгнуть и не разбиться, главное – согнуться правильно, вот так!

– Как?

– Да вот так, смотри.

– На одной ноге?

– Да нет, это я на одной ноге стою, надо себя за носочки ухватить. И правильно выдохнуть, чтоб огурцов не хлебнуть.