Паутина

Уверен, – он угрюмо усмехнулся, – она бы не промахнулась. Но Ирэн вскрикнула и тем меня спасла. Рука Анны Ильиничны дрогнула. Однако надо перенести ее в кресло, – он осторожно поднял тело жены, но тут Льветарисна заметила, что лицо его кривится.

– А с тобой что? Ну-ка… – она подошла вплотную и дотронулась до его руки выше локтя. – Да и у тебя кровь, Серж!.. В рукаве дырка…

– Пустяки, – отмахнулся он, – просто чиркнуло. – Он положил Ирэн в одно из кресел и вновь отер кровь с ее лица.

– Если у нее царапина, почему она не приходит в себя? Соли есть в твоем доме? Послать надо, – сказала Льветарисна, но тут же спохватилась: – Дура я старая, дура! нет, тут надо осторожно! Чтоб не знал никто… Что ж ты в библиотеке не держишь ничего, ни воды, ни вина? Побрызгать в лицо бы бедняжке…

– Она придет в себя сама, не волнуйтесь так, тетушка.

Надо же, это была просто сцена с Полонием. Только крыса, ставлю золотой, жива, – пробормотал он.

– Какая крыса? – рассердилась генеральша, не поняв.

 – Ты об Ирэн, что ли? Разве так можно об родной жене? Она в обмороке, а ты смеешься!..

– О, я абсолютно серьезен, – отозвался Сергей.

– Да как же произошло все? – спросила Льветарисна. – Аня ничего не объяснила толком. Хоть ты скажи, бога ради, иначе нервы мои совсем не выдержат!

– Анна Ильинична желала мне отомстить за смерть своего брата, Андрея Столбова, которого я пять лет назад убил на дуэли. Я и не знал, что он был ее братом. У них разные фамилии. Как это возможно?

Генеральша нахмурилась.

– Марья Андреевна по первому браку Столбова. Овдовела и вышла замуж за Илью Иваныча Березина, имея сына. Андрюше тогда девять было, а Ане, дочери Ильи Иваныча тоже от первого брака, шесть. Очень она привязалась к сводному брату, как родные они стали друг дружке… Что касается вашей с Андреем дуэли, – ту несчастную историю было решено ото всех скрывать. О подробностях знали только я, отец Анин да его родной брат Михаил Иваныч. Даже матери Андрея не сказали.

И как Анюта узнала, что ты убил ее брата, – ума не приложу. Не должна была.

– Теперь понимаю, – складка прорезала лоб Раднецкого. Ту дуэль он помнил очень хорошо, – и даже слишком. Потому что убивать Столбова он не хотел и не собирался. Началось все с одного офицерского сборища, на которое Сергей попал случайно; тогда как раз был поставлен Коле диагноз, и решено было отправить его в Крым. Сергей очень переживал, нервы у него были расшатаны.