Герцог Чёрная Роза (I)

 – Он был у вашего батюшки, после смерти Бастьена, вроде за управляющего.

Это была новость. Доминик вызвала к себе Филиппа и объяснила, что хотела бы знать.

Юноша задумался.

– Имен называлось много, госпожа…

– Филипп! Пожалуйста! Мне нужны только имена на «Н» или «Р».

Он взъерошил густые волосы.

– Какого-то Николя они вспоминали… А фамилию, ей-богу, не припомню. Впрочем, – оживился он, – господин граф послал меня за вином. И вот, когда я из погреба вернулся, – сразу понял, что что-то произошло. Когда я входил, ваш отец как раз спросил: «Значит, герцог жив?» Барон ответил: да, конечно.

И ваш батюшка как-то сразу глубоко задумался и даже ответил Моленкуру несколько раз невпопад. Видно, новость эта сильно его поразила.

– А имя, имя этого герцога? – спросила нетерпеливо Дом. Разгадка была так близка!

– Нет, госпожа, имени я не слышал, – покачал головой юноша. – Но, стоило барону откланяться, господин граф тут же мне приказал: «Филипп, завтра утром приготовьте двух лошадей и Снежинку! Я еду с Пьером за Мари-Доминик!» Но, госпожа! Неужели Черная Роза не погиб?.

.

– Филипп, прошу тебя, не говори никому ничего! Пока это тайна, известная только мне, тебе и отцу Игнасио.

Потом Дом отправилась в капеллу к священнику. Отца Игнасио тоже сильно потрясла весть о том, что муж Доминик жив.

– Дочь моя, – сказал он, – это воистину Божий промысел. Кто бы мог подумать, что тот, кого мы все считали Дьяволом Лангедока, окажется настоящим героем! И его гибель будет оплакиваться всей Окситанией… Я очень рад, что он остался в живых!

– Да, святой отец.

Но почему, если он не погиб, он не вернулся за мною?

Капеллан покачал головой.

– Не знаю, дочь моя. Но, вероятно, у него были на то веские причины. И будем уповать на то, что он все же приедет.

«Веские причины!..» Доминик простила бы и поняла любые причины, – кроме Бланш или какой-нибудь другой женщины!

– И как же долго мне ждать? Нет-нет, раз уж он не едет, я сама поеду к нему в Париж! Но… падре, мне нужен ваш совет.

– Говори, Мари-Доминик!

– Падре, если я приеду ко двору вдовствующей королевы и короля, малолетнего Людовика Девятого… Под каким именем мне представиться им? Кто я? Жена Черной Розы?..

Священник потер чисто выбритый подбородок.

– Мари-Доминик! Ты права, дочь моя… Непростая ситуация!

– Более чем, не правда ли? Если я скажу, что мой муж – герцог Черная Роза, которого все считают погибшим – не засмеют ли меня? Или подумают, что я просто сумасшедшая.