Точка в диагнозе

Я так полагаю, все беспокоящие Вас конфликты в семье исчерпаны? – этот вопрос застал Елену врасплох. Неожиданно для себя она соврала:

– Да, всё хорошо. Но этот простой вопрос заставил её задуматься. Психотерапевт сделал вид, что не заметил замешательство на лице девушки и открыл перед ней дверь.

– Всего хорошего, дорогая! – Артур Эдуардович улыбнулся, и от этой улыбки девушке захотелось закрыть дверь и прильнуть к губам, почувствовать их на вкус, обнять его руками, ощутить его жар внутри себя. Но вместо этого она опустила голову и нырнула в дверной проём, стуча каблуками по коридору.

Прочь от его необъяснимого магнетизма, пока не наделала глупостей. Скорее домой, в объятия мужа. Аромат её духов еще некоторое время витал в кабинете. Психотерапевт подошел к окну, глубоко вдохнул воздух и открыл одну из створок на проветривание, затем нажал на кнопку коммутатора:

– Светлана Юрьевна, сколько еще пациентов на сегодня записано? – на другом конце щелкнуло, и женский голос ответил:

– Три посетителя.

– Перенесите всех на завтра, и можете быть свободны. Накинул пиджак, вышел, закрыв дверь кабинета.

На улице сгущались сумерки. Заказав латте в летнем кафе, мужчина достал сотовый, набрал номер по памяти. После нескольких гудков, в трубке повисла тишина и заспанный женский голос ответил:

– Через сорок минут буду, что за спешка?. Проигнорировав вопрос, мужчина отключил вызов, сделав пару глотков, оставил чаевые на столике. Улыбнулся официантке и вальяжной походкой удалился. Его ожидал весьма занятный вечер в обществе относительно красивой брюнетки.

Глава 5

– Да я, чертов гений! И кто теперь лучший?! Что, молчишь, грёбаный ублюдок? Ах, да, совсем забыл! Ты, сука, сдох!!! – с этими словами он обратился к фотографии в платиновой рамке, стоящей на столе. На фото был запечатлён высокий, без единого намёка на лишний вес, широкоплечий мужчина с седой бородой, которого можно было бы с лёгкостью назвать греческим богом. Светло-голубые глаза пронзительно смотрели в объектив фотокамеры, пробирая до костей.

Идеально прямой нос, плотно сжатые губы, симметричные черты лица, являлись лучшим обрамлением внутренней силы мужчины, в котором чувствовался металлический стержень даже через фотографию. Поёжившись, он бережно отвернул фотографию, как будто, увидел осуждение во взгляде. «Извини» – уже тише и безэмоционально сказал он, открывая крышку ноутбука. Ожидая пока запустится браузер он повернул голову в сторону сидящей в кресле девушки.