Медвежий поцелуй

Мне передали координаты, дату и время куда был совершен прошлый прыжок, их-то я и использую, добавив три дня, чтобы книга наверняка была в библиотеке. Возвращаться обратно вы будете сами, – она передала бугаю один из пузырьков, что сжимала в руках, – спрячь его пока, а как понадобится, разобьешь о землю и назовешь год, дату, время и место перемещения. Так и вернетесь обратно. Раздеваться вам не нужно, раздваиваться вы тоже не будете и да… постарайтесь не умирать.

Честно скажу, не обрадовала меня эта женщина, но деваться было некуда.

С папой и Василисой я простилась, крепко обняв на дорожку, вот и стояли мы теперь вдвоем с громилой в центре комнаты, пока остальные подпирали стены, провожая нас внимательными взглядами.

Послушав Наталью, Ратко нагнулся и подхватил меня на руки, крепко прижимая к своей широкой груди. На меня даже не взглянул, уставившись куда-то перед собой. Словно я ненужный балласт, навязанный ему руководством.

Сам же потребовал, чтобы с ним пошла, так чего теперь так себя вести?

Тут наружу вылез все это время спящий глубоко внутри меня бесенок.

Потянувшись вверх, я обхватила Ратмира руками за шею и замерла, боясь пропустить его реакцию, что последовала незамедлительно. Он тяжело сглотнул.

Да-да, пусть даже не отрицает, я все видела! Крепкий орешек, оказался не таким уж крепким, как все думают.

– Прекрати вертеться, малявка, – хрипло пробасил он, когда Наталья, с громким хлопком разбив пузырек об пол, начала что-то про себя шептать, – лучше расскажи, что за видение было у тебя в клубе, из-за которого тебе стало плохо.

Это связано со мной? Ты так громко кричала…

Его вопрос застал меня врасплох, заставив выпучить от удивления глаза и уставиться сначала на красивый рот, а затем выше, в синюю бездну.

– Я… я увидела, как ты превращаешься в огромную, уродливую жабу, – ага, так я тебе все и растрепала, и про кровать, и про связанные руки, и про голую себя, – как тут не закричать?

Ратко криво усмехнулся, но ответить не успел.

В этот самый момент перед нами, словно из неоткуда, образовалась самая настоящая розовая воронка, и только стыд уберег меня от поросячьего визга.

Крепко зажмурившись, я спрятала лицо на груди Ратмира, чувствуя, как от страха по всему телу прошел озноб.

Недолго думая, громила рванул в самый центр воронки, а я услышала раздавшийся позади голос отца, вновь обрушившего свою ярость на Викторию.

– Если с моей дочерью что-то случится, я вас за шкирку возьму и в этот же портал запихаю.