Медвежий поцелуй

Выпучив глаза, они обступили меня плотным кругом и давай кружить и трогать, как несколько часов назад делала это сама Васька, удивляясь результатам своего кропотливого труда по превращению меня в настоящую сказочную красавицу.

– Василиса, да ты любой фее-крестной сто очков форы дашь. Я Кару только по глазам и узнаю, – Мальвина хлопнула мою сестренку по плечу, – кстати, Михаль подходил, о тебе спрашивал. Он где-то здесь ходит, с дружками своими.

Глаза Василисы зажглись как два маленьких фонарика. Сразу начала крутить головой, выискивая на танцполе знакомую фигуру.

Девчонки убежали танцевать, позвав нас с собой, но сестра лишь махнула рукой, прокричав «позже».

– Кара, закажи мне пока «Мохито», я сейчас вернусь, – тряхнула копной рыжих волос и все, испарилась, будто и не было ее рядом, а я ведь просила не оставлять меня одну.

Но в этом была вся Васька: порывистая как ветер, и не замечающая ничего вокруг, если где-то впереди маячит ее цель.

– Одно «Махито», пожалуйста, – до бармена получилось докричаться с третьего раза.

Все стулья около стойки были заняты, но меня это не огорчало, так как музыка сменилась на более щадящую для барабанных перепонок и тело, словно живя своей жизнью, само начало извиваться ей в такт.

Парни, сидящие неподалеку начали бросать в мою сторону заинтересованные взгляды, но я не обращала внимание. Закрыла глаза и полностью отдалась мелодии, отпуская на волю всю скопившуюся за день усталость и напряжение.

Только сейчас поняла, как мне все это время, после переезда, не хватало вот такой вот легкости, что дарил танец.

Впервые, с того момента, как вышла сегодня из дома, получилось расслабиться и очень хотелось, чтобы это состояние не отпускало меня как можно дольше.

Если Васька испытывает в подобных местах такую же эйфорию, я ее за любовь к ночной жизни винить не могу.

– Эй, малышка, лезь на стойку, покажи нам шоу! – плевать, пусть кричат, притворюсь, что не мне. Вроде получается.

И вправду, покричали, посмеялись, поулюлюкали и затихли отстав.

Вернее, это я решила, что отстали наконец, пока не почувствовала, как на талию легла чья-то ладонь.

Резко дернувшись, попыталась скинуть ее с себя, но хватка у парня была жесткой и причиняла боль в тех местах, где его пальцы через тонкую ткань платья впивались в кожу.

Он прижал меня к своему телу, не давая обернуться, и что-то зашептал в ухо.

Паника и громкая музыка не давали сосредоточится на его словах, но мне и не нужно было.