Наедине с врагом

За его столом сидела Изольда Вячеславовна, преподаватель истории мировых войн, которая при виде странной троицы, – Белорадова, неизвестной девушки, которую тот держал на руках, и маячившего за их спинами Долгова, – поднялась и прошла вперед, показывая рукой на стоящий у стены диван.

– Что случилось, Матвей!

– У девушки с ногой проблема, помог дотащить. А вообще за расписанием зашел, – усадив Василису на диван, Белорадов отошел в сторону, наблюдая, как место рядом с ней тут же занял ее мерзкий дружок.

– Твое расписание я отдала Резнову, заберешь у него. А как вас зовут, милая леди? – молодая женщина, которой на вид не дашь и тридцати, поправила сползшие на нос очки, и уставилась на Ваську.

– Фролова Василиса. Зачислена на первый курс. И есть ли у вас тут врач? Или представления о медицине такие же средневековые, как этот замок? – Васька сама не понимала, зачем нарывается на неприятности и дерзит этой миниатюрной блондинке.

Ну в самом деле, разве ее касается теплый взгляд и тот фамильярный тон, с каким эта училка обращалась к ее сводному братцу.

– Ах, да. Кирилл Сергеевич предупредил перед отъездом. Ты одна из двух наших новеньких. Саша уже ознакомилась с правилами академии, и успела заселиться в приготовленную для вас комнату, а тебя мы ожидали немного раньше.

Надеюсь, успеем, – Изольда даже вида не подала, что ее задели Васины слова.

Подойдя ближе, она, не дотрагиваясь, прошлась рукой по вытянутой девушкой ноге, и боль тут же прошла. Василиса чуть не вскрикнула от удивления, но вспомнив, куда попала, тут же прикрыла рот ладонью.

– А куда уехал Сломов? – нахмурившись, спросил застывший в дверях Матвей.

– Он больше здесь не работает. Сегодня вечером вам представят нового ректора.

Мы ждем его с минуты на минуту, – блондинка повернулась обратно к Василисе, – Долгов, можешь идти, а тебя, милая, мы познакомим с академией Рэнвуд. Здесь тебе откроются новые горизонты, и ты узнаешь, что невозможное возможно.

Удивленно уставившись в свой телефон, где напрочь отсутствовал сигнал связи, Василиса надула губки.

– Вот уж точно, невозможное возможно.