Голод

Иначе конец. И не только для меня.

Внезапно в спину ударил сильный порыв ветра. С трудом удержавшись на ногах, я все равно покачнулась вперед и шапку, что помогала мне скрывать лицо, сорвало и протащило по снегу.

От паники ладони под перчатками вспотели, хотя еще секунду назад казалось, что им грозит обморожение. Глаза волка, что буквально впились в мое лицо, загорелись еще ярче. И под этим взглядом мое дыхание участилось, а сердце пустилось в галоп.

Либо сейчас, либо никогда…

Монтировка упала на снег.

Рука нырнула под одеяло и потянулась к электрошоковому пистолету, что был заткнут за пояс пижамных штанов. Вытянув ее, я не задумываясь нажала на спусковой крючок и, увидев, как лицо мужчины исказила болезненная гримаса, рванула на себя водительскую дверь.

Влетела внутрь как безумная. Дернула ключ зажигания и нажала на газ. Импала резко рванула с места, и я больно стукнулась затылком о спинку кресла.

Он видел мое лицо. Если сдаст полиции… Если они обо всем узнают…

– Чего этот здоровяк от тебя хотел?

Я молча потянулась вправо, открыла бардачок и вернула на место пистолет.

Затем отрегулировала температуру в машине, закинула одеяло на заднее сиденье. И только когда поняла, что голос не будет дрожать, открыла рот.

– Как рука? – вышло грубее, чем хотелось. А все из-за расшатанных нервов и наглого волка, будь он неладен.

Сола осторожно стащила с плеча перепачканную в крови куртку и поморщилась.

– Ничего хорошего. – Сердце кольнуло от волнения.

Моя сестренка, хрупкая, темноволосая красавица с кошачьими каре-зелеными глазами, была не из тех, кто жалуется и распускает сопли.

Если она не храбрится и не скрывает правду, значит дела действительно хреновые.

Дерьмо! Когда уже Великая Луна подарит нам хотя бы небольшую передышку? Я так устала трясись от страха.

– Он видел мое лицо, – выдохнула я, на секунду прикрыв глаза.

– Думаешь, сдаст?

Перед глазами встал интенсивный взгляд, будто заглядывающий в самую душу. Недоверие, отразившееся пусть и на небритом, но довольно привлекательном лице, когда электрический заряд ударил в широкую грудь.

Раздувшиеся ноздри. Сжатая от боли челюсть…

Я вздрогнула.

Такой точно не забудет и захочет отомстить.

– Кто его знает? – в притворной беспечности пожав плечами, я невесело хмыкнула. – Задница! Я так надеялась, что нам попался обычный маньяк-извращенец.

– Выдохни уже, Лютик, – потянувшись здоровой рукой, Марисоль погладила меня по плечу.