Золушка и демон

Строить глазки, весело смеяться его шуткам, – надеюсь он любит шутить, – касаться словно невзначай зоны декольте… Главное не переусердствовать, корсет едва сходился на груди, и казалось, стоит Дэшу просто посмотреть на него, тот сам расстегнется и заорет «сюрприз».

– Ариэль, – обратилась ко мне Ангелина, как только мы остановились на парковке перед роскошным трехэтажным особняком, принадлежащим семейству Бригов вот уже сто двадцать лет, – я очень надеюсь, что ты будешь вести себя прилично, а не позорить нас с отцом, как ты это любишь.

Есть, генерал!

– Да, – быстро кивнула я, уже зная, что выполнить все эти пункты будет довольно проблематично, особенно первый.

В свою защиту скажу: у меня стресс. И все из-за предстоящей встречи с Полькиным братом. По-хорошему стресс надо купировать. А что лучше всего купирует стресс? Сахар! Вот и выходит, что без пары пирожных, или куска торта обойтись ну никак не получится.

Первым из машины вышел Кущин. Он помог выбраться отцу, затем Ангелине, и чуть не прищемил мне нос. Забыл, что в салоне было трое человек, и захлопнул дверь, стоило мачехе выйти наружу. Пришлось позаботиться о себе самой, но я не расстроилась. Такие мелочи случались постоянно, и я к ним давно уже привыкла.

Папочка, ведя под руку Ангелину, вручил стоящему у входа швейцару три пригласительных и прошествовал вперед. А я, подхватив подол длинного платья, семенила следом, проклиная тот день, когда родился производитель моих новых туфель.

Первой послышалась музыка. Негромкая. Что-то из классики. Знакомый зал был уже полон гостей, что собрались в кружки по интересам и обсуждали либо погоду, либо бизнес, либо политику. Официанты носились туда-сюда, разнося шампанское и коктейли. Стоял разноголосый гул и, чтобы услышать собеседника, приходилось очень поднапрячься.

– Девушка, вы так и будете стоять на входе и мешать людям? – зыркнула на меня проходящая мимо седовласая старушка.

Я ее сразу узнала. Елизавета Распутина. Сто лет в обед, щуплая, как мышка, а столько мощи в ее взгляде, кажется, одной левой в стенку укатает. Она приходилась дальней родственницей Бригам, и мы с Полиной ее до жути боялись, называя, между собой, «демон в платье».

– Простите, пожалуйста, – я тут же отскочила в сторону, позабыв и о тесной обуви, и о сжавшем меня в тиски корсете.

Нет, долго я здесь в одиночестве не выдержу.