Волк

Вот оно, то самое желание, поддавшись которому, я разделю свою жизнь на «до и после». Стану зависимой от удовольствия куклой, которой все равно кто это самое удовольствие ей подарит.

Я стану копией своей матери.

То, чего я так боялась. Бежала, как от чумы, пока не угодила в загребущие лапы одного дерзкого мерзавца.

Лей, как же я теперь тебя понимаю…

Только я, собрав себя по крупицам, решила сопротивляться, как Лиам легко развернул меня лицом к себе, усадил на одну из верхних ступенек стремянки и устроился между максимально разведенными бедрами.

Напряженные соски, выдавая мое возбуждение, натянули ткань кремовой блузки. Юбка задралась до самой талии, демонстрируя мало что скрывающее прозрачное белье. Его взгляд – дикий, опасный – направленный на мою промежность, заставил меня судорожно сглотнуть и попытаться свести ноги.

Естественно, ничего не вышло.

Одна его рука уперлась в стеллаж, с правой стороны от моего лица, а грубые пальцы второй подцепили край трусиков и резким движением разорвали кружевную ткань.

А пока я приходила в себя от такой шокирующей наглости, медленно прошлись по влажным складкам, размазывая соки, и принялись круговыми движениями ласкать клитор.

Тишину архива прервал его утробный рык и мой жалобный стон.

Если бы я не сидела, то точно упала бы на пол, не удержавшись на ватных ногах. Глаза стали размером с луну, дыхание быстрым и прерывистым, а новые, неожиданные ощущения разбили мой старый мир на миллионы осколков.

Семеро, он трогал меня там, где не касался никто кроме меня самой.

И выглядел при этом так, словно в любую секунду готов обернуться и разорвать на кусочки.

Страх и непонятное предвкушение чего-то невероятного боролись во мне, и не потянись он к ширинке полицейских брюк и не начни расстегивать молнию, не знаю, что в итоге взяло бы верх.

– Нет, прошу, не надо, – прошептала я, хватая Лиама за плечи.

– Почему? – тяжело дыша бросил он.

– У меня… у меня генитальный герпес, – идиотка!

– Что-то я сомневаюсь, – явно не ожидая такого поворота событий, волк не сдержал ухмылки.

– Ноги не бритые?

– Детка, ты в юбке, и я вижу, что это не так.

– Хорошо-хорошо. Я… я… девственница, – выпалила на одном дыхании и крепко зажмурилась.

Не знаю, чего я ожидала. На какую именно реакцию надеялась. Но то, как Сверр отшатнулся от меня, словно от прокаженной, задело больнее, чем я могла себе представить.

Внезапный скрип входной двери, в этой ситуации, прозвучал как звук винтовочного выстрела.