Шаг навстречу тебе

 – Не обманываешь?

– Зачем мне обманывать? – чуть скривился он и, взяв рисунок из рук Хейли, стал разглядывать его еще ближе, рассматривая все детали и тонкости детской работы. – Ты просто умница.

Рисунок и правда получился хорошим. Даже более того – завораживающим.

Хейли всегда любила рисовать. Уже с пяти лет в ее руках всегда были карандаш и чистые листы. Рисовала она то, что видела. Маму за приготовлением обеда, детей, бегающих за окном, птиц на подоконнике…

Выходило неумело, что временами даже огорчало Хейли, но она снова и снова заполняла чистые листы рисунками, и с каждым последующим у нее получалось все лучше.

Линии становились увереннее, образы все более четкими, а желание рисовать только усиливалось, что было огромным плюсом в развитии Хейли.

Линда даже хотела отдать дочь в школу искусств, но девочка отказалась сразу же, как только побывала там.

Она видела, что там рисовали: натюрморты, какие-то непонятные фигуры, давали темы, от которых ни в коем случае нельзя отклоняться.

И все это отпугнуло Хейли. Она была уверена, что для того, чтобы рисовать, нужно чувствовать себя свободной. Но вряд ли почувствуешь свободу там, в душных кабинетах, наполненных тишиной и немым повиновением.

Уилл все никак не мог налюбоваться рисунком. Хейли видела, как загорелся его обычно спокойный взгляд и как на губах заиграла такая редкая мягкая улыбка.

И хотя он больше ничего не говорил, девочка и так была польщена.

Даже обида на глупого Криса растворилась, оставив лишь легкий осадок, который ушел на второй план, как что-то ненужное.

– Подаришь мне свой рисунок? – спросил вдруг Уилл, заставив Хейли вздрогнуть: слишком долго он молчал. Черные глаза уставились серьезно и как-то слишком по-взрослому.

– Конечно! – улыбнулась Хейли, с гордостью осознавая, что еще одно ее творение будет принадлежать Уиллу.

* * *

– Еще чаю? – спросила Линда, откинув волосы за спину.

Норман давно перестал подносить кружку к губам и все больше рассказывал, как обстоят дела в его фирме.

Но, услышав вопрос Линды, кивнул и улыбнулся.

Линда включила плиту и поставила на газ вновь наполненный чайник. Норман сцепил руки в замок и положил их на стол. Его угольные брови сошлись над переносицей. Можно было подумать, его что-то тревожит, но, зная Нормана уже не первый год, Линда отлично понимала, что это его обычное выражение лица.