Обаятельная Вера

Сердце тогда застучало лихорадочно быстро. А что, если и в его голове мелькают схожие мысль? Как знать, вдруг Марков разглядел в ней интересную женщину? Так же, как сама она увидела в нем великолепного мужчину. Игра взбудораженной фантазии, напитанной шедеврами мировой литературы, моментально сделала все остальное.

Женщина, чья жизнь соткана из книг, умеет ценить иллюзии.

Но стоило Маркову махнуть Вере, еще раз прощаясь, рукой и пойти дальше своей дорогой, как наивные картинки из головы профессора улетучились.

Вера Александровна улыбнулась – забавно, что она сохранила в своем, надо сказать, немалом возрасте способность окрыляться от одного взгляда мужчины. Интересно, это разовое движение души или оно еще повторится?

Вера проверила свои ощущения через пару дней еще раз. При виде Маркова крылья послушно возвращалась за спину! А она давно уже и не чаяла…

Коллеги разбрелись по занятиям, Вера Александровна тоже поднялась из-за стола и направилась в аудиторию, на ходу просматривая материал к семинару.

В родном здании она могла передвигаться даже вслепую – каждая дверь, каждая половица знакома еще со студенчества. Двадцать два года жизни: радостей и горя, открытий и разочарований, удач и падений. Как бы она ни хандрила временами и ни жаловалась на институт, он был частью нее. А она – плоть от плоти…

– Верочка, – Варвара Тихоновна возникла, словно из-под земли, обдав Веру ароматом цветочных духов, – не бери в голову. Ничего у них нет!

– Что? – Вера Александровна изумленно смотрела в пронзительные синие глаза, красиво окруженные морщинами.

– Гульнара пошутила, – старшая коллега загадочно улыбнулась, – точнее, девочки сами додумали.

– А почему, – Вера поспешила закрыть скользкую тему, – вы решили сообщить об этом именно мне?

– По многим причинам, – мягко проговорила Варвара Тихоновна, – хочу, чтобы ты знала: времена меняются. Не стоит годами ждать.

– Не понимаю.

– Тебе характер достался от отца, – лицо ее озарилось, – а надо быть решительней! Борись за свое счастье!

Варвара Тихоновна торопливо сжала ладонь Веры и скрылась за дверью своей аудитории.

Преподаватель зарубежной литературы осталась посреди коридора в полном недоумении.

– Вера Александровна, – услышала она за спиной звонкий голос, – у нас занятия будут?

– Да, в двести одиннадцатой, – ответила она и продолжила путь.

Слова Варвары Тихоновны не выходили у Веры Александровны из головы целую неделю.