Отрываясь от земли

Где та Джастина Доннел, которую все любили именно за то, что ее ничем нельзя смутить?

– Так уж и ничем!

– Она редко унывала. Не пыталась соответствовать чьим-то понятиям. Всегда наслаждалась жизнью. Никто не мог сравниться с ней в умении кадрить мальчиков на любом танцевальном вечере. Для этого ей даже не требовалось начинать танцевать.

– А вот и неправда.

– Чистая правда.

– А вот и нет!

– А вот и… да.

– Ты что-то путаешь.

– Да брось, это у тебя проблемы с памятью. Сознайся.

– Ну, может, и так…

– Кто одевался ярче всех? Когда это ты успела полюбить унылые цвета?

– Я просто… хм… кажется, я несколько раз заглядывала магазины в сопровождении…

– Кого?

– Кажется, его имя больше нельзя произносить? – лукаво прищурилась Джастина.

– Кажется, да. Нужно проверить: может быть, в морозилке еще осталось мороженое…

– Ух ты! Мороженое! А какое?

– Клубничное, разумеется.

– Разве у нас сегодня особый вечер?

– Тебе решать. Если особый, то… мы смотрим «Грязные танцы».

– А если обычный?

– Тогда и набор будет стандартным – «Красотка», «Призрак» или что-то в этом духе.

– Хочу, чтобы вечер был особенным, – решительно произнесла Джастина.

Мэгги улыбнулась с затаенным облегчением.

Ее план вполне удавался.

Мало ли что считала она сама! Это она видела, что Ник не был Джастине ни ровней, ни достойной парой. Девчонка вбила себе в голову невесть что… уже начала думать, что с ней не все в порядке. На самом деле комплексами нужно было бы обрастать не ей, а ее бывшему кавалеру.

Но сказать об этом Джастине еще ничего не значило. Нужно было чем-то ее занять. Отвлечь тем, что по-настоящему затрагивает струны ее души.

Кажется, тонкая и проникновенная мелодрама с элементами чувственных танцев, повествующая о жизненных противоречиях, вполне неплохо подходила для этого.

А завтра будет новый день, и у Джастины будут новые дела.

Нужно лишь только вдохновить ее на поиски нового смысла. Подтолкнуть ее к тому, чтобы она загорелась заняться самой собой.

Иначе с нее станет сидеть в четырех стенах и посвящать все свободное время самоедству.

К слову, до связи с Ником за Джастиной такого не водилось. И это тоже было нехорошим признаком.

Но теперь-то все позади. Эта история забудется, словно стертая ластиком с промокательной бумаги, не оставив после себя ничего, кроме непривлекательных катышков воспоминаний.

А потом забудутся и воспоминания.