Вызов принят!

Рядом с кроватью два чемодана – зелёный, как молодая конопля, и голубой, как флаг Казахстана. На кровати же теснят меня мои же вещи. Даже не верится, что каждое утро мне нечего надеть.

– Я уже почти стал волноваться, – пошутил Джо Барбаро, появляясь в комнате собственной персоной. Мы улыбнулись друг другу – сегодня даже не хочется ссориться, ведь совсем скоро мы летим в Нью-Йорк – город шлюх, террористов и великих свершений! – Ты готов? И я сейчас не про вещи.

– Душой я готов не больше нашего завтрака, – вздохнул я.

 – Надо ли нам это? Переезд, брат! Не отпуск, не путешествие, не бабушкина деревня, а переезд! Квартира, конечно, хороша, но она меньше нашей. И там не будет стеклянного потолка…

Барбаро согласился и мечтательно посмотрел на потолок, разглядывая небо, словно бывалый романтик. Одно из облаков напомнило разорванную на две части акулу с вывалившимися из брюха кишками. Мы посмеялись.

– Нам надо смотреть в будущее. Ведь я, ты и Сэмми окончили Академию с отличием, верно? Тут у нас нет шансов пробиться, а Нью-Йорк – лучший вариант, чтобы начать новую жизнь.

Сегодня мы оставим след в нашем городке, а завтра мы будем уже в самолёте, в нескольких шагах (сотнях километров) от ночного мегаполиса.

Славное ораторское мастерство друга не на шутку разыграло во мне аппетит. И только я сунулся в кухню, как столкнулся с Сэмом. Носом к его груди. Сэмуил Годарт очень высокий и худой, приходится задирать голову до боли в шее во время разговора. Он сам как небоскрёб, зачем нам другие, нью-йоркские? Друг, снимая фартук с цветами, пригласил меня к столу.

Я пришёл слишком поздно – симпатичные и ароматные вафли, которые я могу узнать по одному только запаху, уже съели. Уверен, это сделал Джо. Ну, буду повара казнить, раз не доглядел…

Сэмуил коснулся кончиками пальцев высокого красно-чёрного ирокеза и пошёл к холодильнику за молоком. Он мой второй лучший друг и переживает за моё питание. Несмотря на имя великого библейского судьи и пророка, этого парня трудно назвать святым.

Годарт помимо своей странной причёски носит ещё и ошейник с шипами, цепи, браслеты и кольца. Старики крестятся, дети плачут – красота, а не прогулка.

– На завтрак хлопья, – фыркнул неформал, снимая фартук. Я сел за стол и печально вздохнул. – Жри, и станешь большим и сильным, как дядя Джо.

Я заскулил, не сводя разноцветных глаз с тарелки. То есть, правый глаз голубой, а левый ярко-зелёный. Такой подарок мне сделал папочка. Сэм приказал мне есть и ушёл.