Дизайнер смерти

Я невольно усмехнулась.

В голове предстала совершенно немыслимая картина, как я отбираю у Ронана алмазы, гордо заявляя, что он их не заслужил.

Вот только на душе все равно легче не стало.

– Матриархат и патриархат – это крайности. Не должно быть так.

– А как должно? – заинтересовался Дизайнер.

– На Затурии было равноправие, – вспомнила я. – Нашим поселением руководила женщина, а соседним – мужчина. И все было в порядке.

– Вы сравниваете несравнимое, моя госпожа. Небольшую планету без полезных ископаемых, зато с плодородной почвой и целую империю.

Тут Дизайнер, конечно, преувеличивал, ибо кому, как не мне, знать, что кроме нашествия гигантской саранчи размером от ладони до локтя на Затурии бояться было нечего. И меня, выросшую среди этих условий, огромным кузнечиком не испугать.

– А в масштабах целой системы планет – расклады сил совершенно иные, – продолжал Хэдок.

– Может, поделитесь? – спросила я из любопытства. – Вдруг мне пригодятся эти данные в ближайшую неделю, пока буду играть любящую супругу для Ронана.

– В этом нет никакой тайны. Корабли империи нашли новую звездную систему с двумя планетами, пригодными для жизни. Точнее, для жизни людей пригодна только одна, а вторая идеально подошла бы для наших инопланетных гостей. И они весьма заинтересованы в получении такого ценного ресурса.

– Значит, они прилетели просить планету?

– Можно и так сказать. Империю она не интересует, как невозможная ни для разработки, ни для колонизации. Зато у Мандрогиров есть технологии и драгоценные ресурсы, которые очень нужны нам. Поэтому они приехали совершать бартер.

Теперь стало понятным, о чем говорил Ронан, заявляя, что от визита Мандрогиров зависит благополучие империи на много лет вперед. Интуиция подсказывала: даже непригодную планету дешево он не отдаст.

– Мы пришли, моя госпожа, – доводя до дверей спальни, проговорил Хэдок. – Приятного отдыха.

Уголок моего рта дернулся. Отдых – это даже звучало смешно.

– Вы хотели сказать, приятного безделья. Кроме как сидеть перед зеркалом, в комнате совершенно нечем заняться. Нет даже книг.

– Вы могли бы попросить у мужа позволение пользоваться библиотекой.

Я посмотрела в глаза Дизайнеру, вновь ужаснулась непроницаемой черноте внутри.