Пятая содержанка Рассела Бэдфорда

А вот Бэдфорда ничего не смущало, он с удовольствием поглощал завтрак. А мне до ужаса как хотелось, уже из вредности, испортить настроение и ему.

Не одной же страдать.

Вот что рьену мешало выбрать место попроще? Уверена, в кафетериях за пару кварталов отсюда кормили не хуже.

Но нет же, ему даже после замечания брата было плевать, что выгляжу я как посмешище, и он привел меня сюда, явно даже не задумываясь о том, что мне может быть неприятно.

– Ваш брат, похоже, важная шишка, – начала я, откладывая в сторону приборы.

 – Кристофф Рэкшор – кстати, он симпатичный. К слову, почему у вас разные фамилии?

Бэдфорд поднял на меня недовольный взгляд. Зрачки хоть и оставались человеческими, но я нутром ощущала, что балансировал мужчина где-то на грани после моей реплики.

Ох и по опасному льду хожу!

Рассел противно скрипнул зубчиками вилки о фарфор. Явно специально.

– Ответ очевиден. Мы не совсем официальные братья.

– Это как? – спросила я, выдавив милейшую, прелесть какую идиотскую улыбку.

 – Кто-то приемный?

– Кто-то нагулянный, – мрачно отозвался собеседник. – И я, и Кристофф. Если кратко, то мой отец никогда не гнушался любовниц. Официальных детей у него нет, зато неофициальных…

Он многозначительно обвел пространство вокруг рукой, будто намекая, что каждый здесь присутствующий может оказаться его братом или сестрой.

– Но у Кристоффа положение явно выше. Он так заносчиво себя вел, – констатировала я. – Правда, это не объясняет разность ваших фамилий. Они разве не по отцу?

– По матери, – ответил Бэдфорд.

 – Ну и если вдаваться в детали, то Кристофф более чистокровный Вивьерн, чем я. Его мать из третьей линии дома, поэтому его силы более высоки, чем мои. Не знаю, каким образом, но вы, рье Батори, верно заметили, мои глаза не всегда человеческие. Дурная наследственность. Моя мать из Крэксторов – одного из знатных домов оборотней, и, как правило, у них рождаются подобные им. Но со мной вышло иначе: обнаружился ментальный дар Вивьернов, и дом матери отрекся от меня. Достаточно редкий случай.

– Так вы бастард, рьен Бэдфорд.

Вот теперь для меня многое прояснилось.

Стали понятны слова рьины Томпсон о том, что рьен – наследник «ничего», а также пренебрежительное отношение к нему сводного брата.

Бэдфорд был гадким утенком в своем доме.

Пусть отец его и принял, дал денег, но ведь я тоже не слепая – похоже, Бэдфорда просто сослали куда подальше, чтобы не маячил перед глазами, напоминая об интрижке.