Эффект преломления

– Добрый день, – поклонился он, не пряча злорадной ухмылки. – Как себя чувствуете? Спать не хочется? Тогда пойдемте со мной.

Все, чего мне хотелось – это разнести ему башку серебряной пулей. Но ничего не поделаешь – пришлось идти вслед за дохлятиной.

Китаец бодро шагал по длинному коридору, время от времени забегая на стены и пытаясь поразить меня танцевальными проходами по потолку. Азиат вел себя так, что я не сомневался: у этого скоро тоже случится разжижение мозгов, и он полетит жрать народ.

Для меня до сих пор оставалось загадкой: как РПЦ могла пойти на сделку с этими полубезумными тварями.

Позволить им жить в городе – все равно, что заниматься дайвингом в стае белых акул. Может, конечно, пронесет, но вряд ли.

– Пришли.

Чонг привел меня к бронированной двери, по обе стороны которой замерли вооруженные упыри. Он что-то коротко бросил охране на китайском, достал электронный ключ, отпер дверь, сделал радушный жест:

– Би май гэст, куня…

За дверью оказалось небольшое помещение, отгороженное стеной из прозрачного материала.

С потолка комнаты свисало нечто, похожее на черный кожаный мешок. Присмотревшись, я понял, что передо мной гигантский нетопырь, укутавшийся собственными крыльями. Почувствовав мой взгляд, тварь сделала изящное сальто и приземлилась на пол.

Конечно, это был оголодавший, потерявший человеческий облик киан-ши – никакого сомнения. В его курносой морде странным образом сочетались черты человека и зверя. Тело тоже выглядело, словно над ним поработал сумасшедший экспериментатор: мощная грудь, согнутая широкая спина, руки, похожие на человеческие, заканчивались тремя скрюченными пальцами, вместо ног – кривые звериные лапы.

Мы долго смотрели друг на друга. Взгляд существа был оценивающим, как у хищника, который определяет, насколько серьезный отпор может дать жертва. И пожалуй, нетопырь находил меня опасным.

– Бу! – внезапно проорал Чонг, шлепнул ладонью по стеклу перед мордой существа и отскочил, довольно заржав.

Оскорбленная таким обращением тварь оскалилась, завопила и бросилась на стену.

Она билась о прозрачную преграду, пытаясь добраться до меня, и орала при этом так, что уши закладывало. Нетопырь напомнил мне существо, которое я нашел в подвале Харитоновского дома. Такой же безмозглый, бесконечно агрессивный, вечно голодный вурдалак. Не знаю уж, для какой радости Харитонов держал его у себя. Мне пришлось избавиться от урода. Не могу сказать, что этот факт меня расстроил.