Реквием по империи

Худощавый высокий мужчина лет тридцати, затягивая завязки на нагруднике товарища, спросил проходившего мимо капрала:

– Далеко?

– Десять майлов, – ответил тот.

– Десять майлов в железяках! – вздохнул воин, жалобно сморщившись, отчего его узкое лицо приобрело плаксивое выражение, хотя в рыжих глазах плясали нахальные смешинки. – Да еще и на ночь глядя… Пока дойдем – уж вечер наступит. Эх, говорила мне мама: не ходи в солдаты, сынок!

– Разговорчики, Мих! – рявкнул капрал.

– Хорошо корсет сидит, а, Молчун? – притворно заботливо осведомился худощавый, не обратив на окрик никакого внимания.

 – В грудях не давит? Давай теперь ты за мной поухаживай.

Молодой светловолосый гигант, оправдывая свое прозвище, не ответил ни слова. Добродушно усмехнувшись, помог балагуру с доспехом и вскинул на плечо эспадон. Рота построилась и двинулась вверх по течению.

– Красота-то какая вокруг! – рассуждал Мих, шагавший рядом с Молчуном. – Сейчас бы сидеть на берегу, вино попивать. А рядом чтоб смазливая девчонка, да не сильно порядочная…

– Да, девчонки здесь что надо! – ответили сзади.

 – Красотки все как одна!

– Слышь, Велин, а ты ж вроде местный? – спросил кто-то.

– Местный, – ответил за друга Мих.

– Как у вас тут девки, сговорчивые?

Молчун пожал плечами.

– Он не знает, – перевел Мих, вызвав всеобщее веселье.

– Что ж, у тебя и девчонки нет? – продолжал допытываться воин, шагавший сзади.

– Невеста, – пробасил Молчун, умудрившись произнести одно слово таким тоном, который положил конец обсуждению.

– Строгий, но справедливый, – резюмировал его друг.

Капралы не окорачивали своих подчиненных, не мешали им обмениваться шутками. Мих продолжал балагурить, иногда искоса поглядывая на своего друга, хорошо понимая, какие тяжелые думы одолевают внешне невозмутимого богатыря. В паре десятков майлов выше по течению стояла родная деревня Молчуна. Там остались его невеста, мать и младший брат. И если сегодня галатцы не удержат некромантов…

Спустя час с небольшим рота прибыла к месту сражения.

Смолкали шутки, затихали разговоры. Солдаты быстро спускались по пологому западному берегу. Мих шепотом выругался, Молчун издал непонятный звук, словно пытался прочистить горло. Тиарин исчезла. Вместо прозрачных чистых вод меж берегов кишела черная масса. Зомби. Плывущие, бредущие, выбирающиеся на берег. Тысячи и тысячи – бесконечное войско. А с противоположного склона сыпались и сыпались в реку все новые твари.