Клинок инквизиции

О таком городе Настя слышала впервые и даже не знала, существует ли он на самом деле. Сейчас 1485 год.

В монастыре она очутилась по собственной воле – отказалась от жениха, которого присмотрел ей заботливый отец. Настя сочувственно покивала вымышленной Одиллии: неудивительно, женишок-то втрое старше девчонки, хромой, беззубый, и воняло от него страшно. Зато богат… Одиллия же была тайно влюблена в троюродного кузена из обедневшей ветви фон Гейкингов, почти нищего, но чертовски симпатичного. Вот и решила идти в монастырь.

– От несчастной любви, значит, – пробормотала Настя. – Дура ты, девочка. Надо было с ним переспать да сбежать, авось папаша бы и смирился, и подобрел со временем…

Она продолжила рыться в воспоминаниях Одиллии. Гнев отца, ее упорство, страдания, слезы, охи, вздохи, послушничество… Сегодня должен был состояться постриг. Да, Сенкевич отлично продумал «легенду»: в памяти всплывали все новые подробности. Тепло очага в родном доме, гладкость шелковых нижних рубах, сложный рисунок вышивки, которую она так и не закончила, запах цветов из летнего сада, ярко-синие глаза ее любимого Иоганна…

Настя вызвала в памяти образ самой Одиллии.

Невысокая, тоненькая, с золотистыми волосами и голубыми глазами. Белесые реснички и бровки, нежный овал лица, белая кожа, персиковый румянец, вздернутый носик, тонкие губы, безвольный подбородок… Ничего особенного, короче. Грудь маленькая, вздохнула Настя, а бедра для такого роста, наоборот, тяжеловаты. И ноги коротковаты… В общем, Одиллия проигрывала самой Насте по всем статьям.

Что еще для нее приготовил чокнутый экспериментатор? Захотелось устроить Сенкевичу сюрприз, воспротивиться заложенной программе. Только вот как? Продолжать упорствовать? Так ее в карцере сгноят – здесь это, видимо, просто. Дождаться появления монахинь, напасть на них и сбежать? Увы, она сейчас Одиллия – хрупкая барышня, сил не хватит. Что там святоши голосили о бесноватости?

Память Одиллии содержала об этом очень мало сведений. Девицу растили взаперти, не позволяли внешнему миру коснуться прелестного цветочка.

Она знала только, что Равенсбург наводнен ведьмами и колдунами, они творят страшное зло, вселяя в людей бесов. Средневековье, темное время, царство суеверий, усмехнулась Настя. Однако задумалась: если монашки решат, что она бесноватая, что с ней сделают? В лучшем случае подвергнут… как это… экзорцизму и навсегда запрут в подвале, в худшем – отправят на костер.

Такой расклад Насте не понравился.