Вихри волшебства

Кажется, Крестоманси догадывался, что Мур не вполне честен, еще прежде, чем тот сам это понимал. Мур вздохнул и отправился спать, надеясь, что к утру Крестоманси передумает и решит послать с Тонино кого-нибудь другого.

Этого не случилось. Крестоманси (в сине-зеленом халате с узором в виде пенных волн) появился в столовой, когда Мур и Тонино завтракали, и сообщил им, что они едут в Далвич поездом в десять тридцать навестить Габриэля де Витта. Едва он вышел, как вбежала Милли, очень усталая, потому что полночи просидела с Дженет, и сунула им деньги на билеты.

Тонино нахмурился:

– Я чего-то не понимаю. Леди Чант, разве монсиньор де Витт не был предыдущим Крестоманси?

– Пожалуйста, называй меня Милли, – попросила Милли. – Да, это правда. Габриэль занимал этот пост, пока не решил, что Кристофер готов сменить его, а потом ушел в отставку… А, вот ты о чем! Ты думал, он умер! Ох, нет-нет, вовсе нет. Сам увидишь, Габриэль полон жизни и остроумия, как всегда.

Когда-то Мур тоже думал, будто предыдущий Крестоманси умер.

Он думал, что всегда нужно, чтобы предыдущий Крестоманси умер, прежде чем на пост заступит следующий, поэтому очень тревожился за нынешнего Крестоманси – а ну как последние две жизни возьмут да и покинут его и на Мура свалится тяжкое бремя ответственности за использование магии во всей Вселенной? Он очень обрадовался, когда узнал, что дела обстоят гораздо проще.

– Только не волнуйтесь, – успокаивала их Милли. – Мордехай Робертс встретит вас на станции, а после обеда отправит обратно на такси.

А здесь Том подбросит вас на станцию на машине и встретит с поезда в три девятнадцать. Держи деньги, Мур, и вот тебе еще пять шиллингов – вдруг захотите перекусить на обратном пути, потому что мисс Розали, конечно, очень предупредительна, не сомневаюсь, но о том, какой у мальчиков аппетит, она не имеет ни малейшего представления. Никогда не имела и с годами не меняется. Когда вернетесь, все мне расскажете.

Она нежно обняла каждого и выбежала из комнаты, бормоча:

– Ячменный отвар с лимоном, через полчаса жаропонижающее, потом глазные капли…

Тонино отодвинул чашку с какао:

– Боюсь, меня укачает в поезде.

Так оно и оказалось. Хорошо еще, что, когда молодой человек, исполнявший обязанности секретаря Крестоманси, привез их на станцию, Муру удалось занять отдельное купе. Тонино забился в уголок прокуренной клетушки и, до отказа опустив окно, замер, прижав к губам платок.