Все твои грязные секреты

Он закрыл за нами дверь, и мы протопали вниз по лестнице.

– До свидания, мисс Харрис, – произнес он, перекрикивая доносившееся с кухни звяканье кастрюль и сковородок.

– До скорого, – ответила она, даже не пытаясь убедить нас остаться.

– Ну и дела, – сказала я, пока мы спускались по ступенькам крыльца.

– Ага.

– Если у Саши такая строгая мама, как у нее получается постоянно гулять, устраивать вечеринки и тому подобное?

Робби усмехнулся.

– А ты думаешь, она маме правду говорит? Наверное, говорит, что идет к кому-то заниматься, или собирается в библиотеку, или еще чего-нибудь выдумывает.

– А. – Мне никогда не приходилось вот так вот врать родителям. По крайней мере, пока я не начала воровать у них алкоголь. Робби проводил меня до велосипеда, который я оставила у стены рядом с дверью гаража. Я провела рукой по лицу сверху вниз.

– Все нормально? – спросил Робби.

– Ага. Просто переживаю из-за пьесы. Если она не послушает эти треки в ближайшее время… знаешь, у нас просто не хватит времени.

Мне нужно понять, точно ли мы будем ставить пьесу. Нужно проделать массу работы, чтобы все было готово к маю, но успеть вполне можно… если мы больше не будем тратить время впустую.

Прислонившись к стене, Робби внимательно посмотрел на меня. Его взгляд задержался на мне, пожалуй, слишком надолго, и мое сердце замерло.

– Эта пьеса многое для тебя значит, верно?

– Ага. Буквально все. Это мой шанс доказать, что я могу написать полноценный саундтрек для настоящего оркестра.

Когда еще мне представится такая возможность?

– Я знаю, как важно получить подобный шанс. Шанс сделать что-то масштабное. – Он положил руку мне на плечо. – Я поговорю с Сашей. Позабочусь, чтобы она все прослушала.

Я воспряла духом.

– Правда? Ты сделаешь это для меня?

– Конечно. Ну, то есть я не могу гарантировать, что они согласятся. Но я уверен, что Саша будет на твоей стороне.

Но сама я, увидев, в каком она состоянии, уже ни в чем не была уверена.

Осталась 51 минута

Уже второй раз Саша намекнула, что нам придется выбирать, кто умрет.

– Нет. – Я сжала кулаки, пытаясь сдержать дрожь в руках. Несмотря на то что в комнате было жарко, мышцы начали болеть от непрестанной дрожи. – Нельзя допустить, чтобы до этого дошло. Нельзя допустить.

Саша всплеснула руками.

– Что нам тогда делать?

– Давайте просто… успокоимся и попытаемся понять, как выбраться отсюда. Это же не лондонский Тауэр. Должен быть какой-то выход.