Поцелуй эринии

Буря эмоций разбивала судьбу на крошечные обломки, а семейный идиллический мир рушился под ударами неисцелимых ран. Медленно жизнь тайного убийцы превращалась в личный маленький ад на земле – о, можно было довольствоваться таким торжеством справедливости…

Но месть сладка и упоительна.

Пока Игнат, закрыв лицо ладонями, пытался успокоиться, в мыслях его то и дело всплывали события последних недель: устроившаяся на работу в компанию мужчины молоденькая переводчица, что делала недвусмысленные намеки и очаровывала; ухудшение отношений с женой прямо накануне годовщины их встречи; ночные изматывающие кошмары, прорывающиеся в реальность дня.

О, он помнил каждый из них!

Но настоящее безумие началось примерно дня три назад, спустя неделю после того, как на работу устроилось юная Эри. Игнат засиделся допоздна на работе и уже затемно завозил документы в новый офис; не найдя включатель, осветил себе фонариком путь в темном коридоре. Дошел до своего будущего кабинета, бросил подшитую папку на стол.

В ужасе оступился, ощущая, как холодный пот покатился по позвоночнику: на расположенной со спины к рабочему столу стене весели две кошмарные картины. Уродливые лица с зубастыми ртами, лишенными губ, и горящими злобными глазами, лишенными век. Игнат не был из трусливых (как ему казалось), но от вида полотен пальцы его точно онемели, а дыхание перехватило. Мужчина поскорее скрылся из кабинета, не признавая себе, в каком страхе он бежал по коридору на улицу. Только оказавшись в машине услышал собственное хриплое дыхание и клокочущее где-то в горле сердце. Как по-детски наивны были его мысли: "Завтра же скажу снять каракули! Чтобы это уродство не висело в кабинете! Что обо мне подумают клиенты?!"

Даже в ту секунду ему не достало смелости самому себе признать: какая разница, что подумают клиенты? Ведь значимо то, что чувствуешь ты, зная о жутких лицах у себя за спиной… Глупец. Отпетый дурак. Но а как было приятно наблюдать за его мертвецки бледным лицом, когда, прибыв в новый офис на следующее утро, Игнат увидел, что картин не было.

Вместо них в кабинете располагалось два окна.

Ему, пожалуй, показалось, что причиной мрачного видения стало гложущее чувство вины – Эри с первого же дня своего трудоустройства в открытую пыталась соблазнить новоиспеченного начальника. Игнат не противился; внимание юной особы тешило самолюбие, и он позволил себе подумать о том, что вполне может воспользоваться положением.