Зарево. Оправдание хаоса

– Вы ранены? – спросил один из военных, когда те почти подошли. Сэм отрицательно мотнул головой.

– Нет, но, похоже, раненные есть у вас, – осторожно начал он, – а мы знаем, где есть более–менее безопасное место; мы провели ночь вот в этом магазине, – тут же лихорадочно выпалил Сэм. – Нам нужна помощь и…

– Обсудим все по дороге и на месте, – не дал договорить Сэму один из военных. Это был мужчина лет сорока–сорока-пяти; короткие засаленные черные волосы, кое-где тронутые сединой, темные изогнутые брови, узкие губы.

Он уверенно шел впереди остальной группы, прижимая к груди автомат. – Если постараетесь завести нас в ловушку – пожалеете.

– Тогда идите за нами, – и Сэм потянул меня, бесцеремонно рассматривающую военных, назад; группа состояла из мужчин и двух девушек, одну из которых, раненную, несли на руках. Ее куртка была повязана на бедрах, футболка пропиталась кровью – плечо сильно кровоточило, но девушка еще была жива: она изредка дергалась, рвано глотая воздух.

Мужчина, за которым следовали остальные, поравнялся со мной и Дортом, и взгляд его был не менее выжидающим и заинтересованным, чем мой собственный. Военный был чуть выше Сэма; от него на каком-то физическом уровне веяло твердостью и уверенностью. Краем глаза я заметила, что в нашу сторону направлено несколько оружейных стволов.

Я бросила быстрый взгляд назад. Военные как военные. Черные костюмы, тяжелые высокие берцы, увесистые рюкзаки за плечами, разгрузочные жилеты, куртки, наколенники и налокотники.

На поясах военных – ножи, подсумки; у кого-то была кобура на груди, и кого-то на ногах.

– Как вам удалось пережить эти сутки? – хрипло и отрывисто спросил идущий рядом с нами мужчина. – Или для вас все происходящее стало открытием сегодняшнего утра?

– Мы не были снаружи со вчерашнего дня, – ответила я резче, чем хотела. – Вчера, около полудня, мы закрылись в книжном магазине с сотрудницей. Цокольный этаж.

Окон нет. Нас не видно, и нам не видно. И только сегодня решили выбираться. Мы ждали помощи, но ее не было, и пришлось рассчитывать только на себя. Откровенно говоря, мы вообще не до конца понимаем, что происходит.

–Что ж, тогда скажу, что вам крупно повезло, – с небольшой паузой проговорил мужчина. – Окажись вы на улице вечером или ночью, то, скорее всего, не выжили бы, – военный задумчиво махнул головой, а я старалась не поддаваться панике.