Зарево. Оправдание хаоса

Бойцы, подчиняющиеся непосредственно Главнокомандующему. Призрачная группа, почти мифически легендарная. Еще больше походит на безумие.

Старалась не смотреть на тело погибшей. Просто вышла из книжного, как можно скорей, не оборачиваясь в ту сторону.

– Ты как? – осторожно спросил Сэм, подойдя. Я качнула головой, сжав губы и опуская подбородок к груди, мол, не сейчас. Тот понимающе кивнул. – Скоро уйдем отсюда. Пока ты… – парень помедлил, – переодевалась, Роберт пытался связаться с другими своими людьми; оказывается, он еще кого-то ждет.

– И? – мысли стали тягучи, заторможены; я медленно осмысляла слова Сэма.

– Думаю, что скоро будут здесь, – Дорт попытался подбадривающе улыбнуться, но в моих глазах стояли слезы, и спазм сжал горло.

Я откинула голову назад и быстро заморгала. Взять себя руки. Успокоиться. Все завершится, придет в норму; это все временно – и слабость тоже временна, вызвана тотальным шоком. На секунду показалось, будто услышала чей-то тихий, почти не уловимый крик… Но, наверное, все-таки просто показалось.

Тряхнула головой, шумно выдыхая через ноздри.

– Надеюсь, всему найдется нормальное объяснение.

– Если бы, – уклончиво проговорил Дорт. Что-то заскрипело, и мы с Сэмом, дрогнув, синхронно обернулись. К счастью, это была просто рация: Роберт достал ее и включил, стараясь поймать сигнал. Сердце мое колотилось так, что, казалось, пробьет грудную клетку и вырвется наружу.

Военные уже вернулись из обхода. Два, четыре, семь.

Я всматривалась в их изнеможенные лица, смотрела на осунувшиеся плечи. Я ощущалаих боль и их усталость. В один момент, меня тряхнуло каким-то холодом изнутри; вдруг представилось, что они видели этой ночью. Если даже они понесли столько потерь, если уж имстрашно, то наше с Сэмом пребывание под землей действительно было даром свыше. Я, наверное, никогда не узнаю о том, что произошло там, наверху, в городе, ночью. По правде говоря, и не очень-то хотелось… Хватило тех ужасов, что предстали перед глазами тут.

Рация вновь заскрипела; Роберт недовольно пробурчал себе что-то под нос – по другую сторону никто не отвечал. Тот, с кем хотели соединиться, будто почувствовал негодующее состояние Роберта: через мгновение, сквозь скрипы и помехи, мы услышали голос:

– Да какого, сука, хера?! – громкий возглас, почти рык, прервался чередой выстрелов; послышалась отборная ругань. Я, опешившая, судорожно переглянулась с Сэмом.