Зарево. Пекло

Я не знала, что происходит в Большом мире. Может, он давно уже мертв. А может жив, благоденствует и не думает помогать нашему сгорающему Дому – давно уже, многие, многие десятилетия назад прервались связи, воздвигнут был занавес. Потому и бежать нам, в сущности, некуда. И неоткуда ждать помощи сейчас.

Сэм хотел уехать. С горгоновцами ему тяжело давалось находить общий язык. Дорт принципиален, уперт, я бы даже сказала, упрям как осёл – военные, да еще и работающие в структуре власти Трех; с горгоновцами он, конечно, в открытый конфликт не вступал, но пассивную агрессию проявлял перманентно.

Со мной же спорил и упорствовал – да без толку это. Куда бы мы с ним поехали? Что бы делали? Как смогли бы защитить себя?

Побарабанила пальцами по столу. Взглядом скользнула по фотографиям на столе. По газетным заголовкам. По растолстевшей записной книжке. Обернулась на застекленный коридор. Там, вперед и налево. Место, где таились зараженные. Где я нажала на спусковой крючок.

А что мне еще оставалось сделать?

"Это был хороший выстрел, Штефани. Слезы нужно оставить позади", – сказал Роберт, когда я сидела на ступенях трейлера в полудреме от таблеток Михаэля.

Перед глазами вновь всплыла пыльная темная комната. Вновь показался зараженный, бросившийся в сторону Льюиса. Я и снова ощутила отдачу от выстрела. От резко пришедшего осознания содеянного волосы стали дыбом.

Вздрогнула поеживаясь. Втянула носом воздух, хмуря брови – можно отдаться воле судьбы, расставить руки и плыть по течению.

Но куда оно меня принесет? А можно грести. Сопротивляться. Понять течение.

Случилась беда, приключилось большое несчастье. Начало еще большей череды несчастий. И тягостное ожидание наконец побороло теплящуюся первые дни надежду, что как-то пронесет, обойдется, разрешится иначе. Но перед нами разыгрывался наихудший из худших сценариев. Мы будто миновали точку невозврата и бесконечной горечи (ох, Небеса, знала бы я в ту секунду, что это было лишь начало моего долгого, тягостного и ломающего пути; однако в том, что к прежней жизни никогда не боле вернусь, я не обманулась).

Вернулась в гостиную одной из последних. Около семи утра. Витал аромат кофе. Окно открыто; легкий прохладный воздух разгонял дремоту.

– Значит расклад такой, – Роберт покрутил стаканчик с кофе в руке, – впереди две вылазки. Первая – за провизией и бензином.