Зарево. Пекло

Какие-то фотографии без смысла и цели. И белые листы. Один за другим. Пустышка. Решила посмотреть на сшитое дело, следовавшие сразу за этой папкой: это были договоры покупки, чеки, каталоги товаров… Оружие. Много оружия.

– Вы справитесь без меня? – Сэм кивнул молча, Стэн же даже подогнал меня поскорее пойти подышать свежим воздухом. Я поспешила прочь, забрав последние две папки с собой.

К Роберту! Всё мое нутро тянуло меня к командиру "Горгоны".

***

– Роберт! Тут документы, и Виктор сказа… – я оборвалась на полуслове, почти влетая в кабинет Сборта.

Немая сцена. Со вздохом поднявший на меня глаза Роберт.

И Льюис, который обернулся в немом вопросе, картинно вскинув брови и сжав губы.

Если бы можно было исчезнуть по щелчку пальца, я предпочла раствориться. В глазах Криса буквально читалось: "С хера ли я вообще не удивлен?! Ну какого черта, Шайер, не прошло и половины этого гребанного дня!"

– Я, пожалуй, чуть позже зайду.

Видно, не вовремя…

– Нет, нет, проходи, Штефани, – Роберт кивнул на второй стул напротив своего стола. – Мне даже интересно, чем ты меня удивишь, – под тяжелым взглядом Льюиса покорно вошла в кабинет и села на стул. – А ты так не смотри на нее, будто сам не при делах.

– При всем уважении, Роберт, этот долбак сам до меня доколупался. Если уж человек говорит, зачем затыкать ему рот? В этом случае, по крайней мере…

– Вот именно, – я скептически глянула на Криса, – если говорит, зачем затыкать рот.

Можно слушать, а это приносит плоды…

– А теперь замолкните оба, – тон Роберта мягкий, но волевой. – И давайте по порядку.

Как оказалось, после завершения переговоров с Грином и представителями "мастным советом" (к счастью, консенсуса удалось достичь: для начала Роберт убедил их в необходимости установить дежурства (с горгоновцем теперь всегда должен был выходить человек из резидентов) и усилить дисциплину), Кристофер решил обойти прилегающую территорию.

Хотел немного осмотреться, когда его перехватил Даниэль Кремер ("тот самый брат-близнец" – как-то снисходительно заметил Льюис), и попытался завести беседу, разговорить военного и "наладить дружественные связи" на почве "единоверной службы", ведь и Даниэль, как и горгоновцы, "служит всеобщему благу в лице Трех".