Зарево. Пекло

Роскошная барная стойка, где уже кто-то изрядно похозяйничал, столы с бильярдом, диванчики, кресла, стеклянные мозаичные столешницы, бывший танцпол, пилоны. Стеллаж с настольными играми на любой вкус и любую компанию… И тишина. Из следов погрома – только немного обнищавший бар. Ни тел. Ни крови. Это даже странно. И еще страннее воспринимать это чем-то из ряда вон.

Как же кардинально порой может поменяться наша жизнь. В считанные дни. В считанные часы.

Горгоновцы осматриваются. Заглядываю в каждый закуток, пока мы с Сэмом опасливо следуем за ним попятам, шугаясь шорохов и собственных теней.

На улице начинает нещадно парить. Испепеляющая жара. Я здесь, внутри там прохладно и свежо… 

Стивен обнаруживает генератор, и они вместе с Сэмом даже приводят его в чувство – цветные огни света озаряют темный зал, а мне почему-то до того хочется плакать, что я лишь чудом сдерживаю рвущуюся изнутри истерику. 

Роберт говорит нам отдохнуть. Сам выходит из заведения к машинам, чтобы пронаблюдать за обстановкой.

Сэм, найдя консервы и различные снэки, набивает себе карманы и тоже порывается уйти в трейлер, зазывая и меня.  Но Сара с Норманом оказываются убедительнее Сэма, и я остаюсь с горгоновцами внутри.

Михаэль с Кристофером принимаются разыгрывать партию в бильярд. Стивен с Норманом забираются за барную стойку; пока Дэвис выставляет нам снэки, открывает разноцветные баночки с оливками, маслинами, в расписные фарфоровые креманки выкладывает законсервированные фрукты, Роудез ловко разливает напитки и намешивает коктейли с профессиональной ловкостью.

Стэн обнаруживает пледы, предлагая в дальнейшем их забрать с собой – нужная вещь, а, главное, функциональная; Тарэн же и занимает нас с Сарой какой-то цветастой настольной игрой.

Кий ударяет по очередному шару, который катится в лузу. Кристофер удовлетворенно посмеивается, видя разочарованное лицо Михаэля. Стивен с Норманом, уставив стол выпивкой и снэками, присоединяются к нашей настольной игре. 

В первые минуты мне тяжело.

Я много думаю, много рефлексирую, каждый раз дергаюсь от звуков. А потом стараюсь сыграть роль. Заставляю себя расслабиться. Взять напиток. Сделать глоток – алкоголь приятно обжигает изнутри; я подхватываю чипсы, все сильнее ударяюсь в азарт, когда кубики с глухим стуком бьются о поверхность стеклянного стола. Горгоновцы становятся расслабленнее, вскоре начинаются разговоры и шутки.

И я понимаю, почему Сборт сказал нам остановиться здесь.