Ведьмина неделя

 – Я хотела сказать, что это было как одержимость! Я еще до обеда знала, что сделаю что-то ужасное, только не знала, что именно, пока не начала рассказывать про еду. А потом я очень хотела остановиться, но не могла.

– И часто это с тобой бывает? – поинтересовался мистер Уэнтворт.

Нэн собралась было ответить возмущенным «нет», но тут вспомнила, что после обеда набросилась на Брайана с метлой и чувствовала при этом то же самое. И что очень и очень часто писала в дневнике совсем не то, что собиралась. Она снова поставила ногу на паркетину и поспешно отдернула ее.

– Ну, иногда, – сказала она тихо и виновато. – Иногда – ну, если злюсь на кого-нибудь – я пишу в дневнике что думаю.

– А анонимки учителям пишешь?

– Нет, конечно, – удивилась Нэн. – А почему вы спрашиваете?

– Кто-то из второго «игрек» написал записку мистеру Крестли, – объяснил мистер Уэнтворт. – В ней говорится, что в классе есть колдун.

Услышав, как он это сказал – очень серьезно и встревоженно, – Нэн наконец поняла, что случилось.

Вот почему мистер Крестли произнес свою речь, а потом пошел к мистеру Уэнтворту. И они думают, что это Нэн написала записку.

– Но это нечестно! – закричала она. – По-вашему, я ведьма и я же записку написала?! Только потому, что меня зовут Дульсинея?

– Может быть, ты просто хотела отвести от себя подозрения, – заметил мистер Уэнтворт. – Если я задам тебе прямой вопрос…

– Я не ведьма! – отчеканила Нэн. – И не я написала записку! Наверняка это Тереза Муллетт или Саймон Силверсон! Они оба ябеды! Или Дэниел Смит, – добавила она.

– Дэн – это вряд ли, – задумчиво скривился мистер Уэнтворт. – По-моему, он и писать-то не умеет.

Ну вот, опять сарказм. Нэн подумала, что не стоило упоминать ни Терезу, ни Саймона. Ведь наверняка мистер Уэнтворт, как все, считает, что они-то и есть настоящий мальчик и настоящая девочка.

– Тут обвиняли, между прочим, меня, – горько сказала она.

– Ладно, я верю тебе на слово: записки ты не писала, – ответил мистер Уэнтворт.

 – А в следующий раз, если почувствуешь одержимость, сразу дыши глубже и считай до десяти, а то как бы чего не вышло. Понимаешь, тебе не повезло с именем. Я серьезно – будь очень осторожна. И как это твоих родителей угораздило назвать тебя Дульсинеей? Это что, в честь архиведьмы?

– Да, – кивнула Нэн. – Это моя прапрабабушка.

Мистер Уэнтворт присвистнул:

– И ты сирота из колдовской семьи, да? На твоем месте я бы никому об этом не рассказывал.