Девять месяцев из жизни Даррена

Мерси говорит, что завтра открывается выставка австралийских авангардистов и приглашает меня, а я зачем-то соглашаюсь.

Там мы и познакомились. И так началось мое выставочное рабство.

3

Сейчас мы бредем по сорок пятой на выставку укурков, и солнце почти печет нам задницы.

Мерси рассказывает о своих визитах к психотерапевту, а про себя, наверное, думает, что я не занимаюсь сексом уже четыре года, потому что все еще ношу траур по жене. А на мне светло-коричневый костюм, я продолжаю пялиться, как мерсина сумка бьется и бьется о бедра своей хозяйки, и мне, по сути, до фени, что она там щебечет.

Мексиканцы озаглавили свое творение «Existencia»[2 - Existencia (исп.) от латинского exsistentia (иногда existentia) – существование.], хотя ничего даже приблизительно похожего на реальность в нем не было. Ничего удивительного, Мерси на нормальные выставки не ходит.

– Так, по старому плану, – заявляет она. – Я по правую сторону, ты – по левую.

Да уж, действительно старый план – за все время, что мы мотаемся глядеть на эти художества, мы ни разу не смотрели картины вместе.

Мерси возмущается каждый раз, когда я пытаюсь протестовать. Мол, я мешаю ей созерцать и воспринимать.

Мои же ощущения ее не волнуют.

Оказываясь среди этого непонятного безобразия, ничего, кроме потерянности, я не ощущаю, если вам вдруг интересно. Хотя, знаете, иногда мне все же везет.

Мы слегка опоздали на торжественную часть, и выставка уже открылась, но фуршет разгорался в полную силу.

Так что, перемешавшись с местной богемой, я направился прямиком к столу, прихватил бокал и маленькие бутерброды и спрятался углу.

– Что, тоже сбежали от жены?

Холодный айсберг поднимается из моего нутра и показывается верхушкой во рту.

– Моя жена умерла.

Неловкая пауза. Я мастер на такие дела.

– О, простите, – толстяк виновато натирает свою лысину, а его ремень продолжает создавать вмятину под пузом.

– Ничего, – заверяю я, – это было давно.

Я сбежал от картин.

– Понимаю, – толстяк многозначительно кивает головой.

– Да?

– Иногда высокое искусство пугает. Данные работы особенно. Автор хотел показать…

И все, дальше я уже не слушаю.

Мерси воодушевлена.

– Такой выразительности я давно не встречала!

Одно и то же каждый раз.

«Такой выразительности я давно не встречала!»

– Ну, а тебе-то понравилось?

Что мне на это отвечать?

– Эй, ты здесь?

– Да, я просто думаю.