Кровавый рассвет

Послышался треск веток и Софи тут же резко остановилась. Она напряженно вглядывалась вперед и одновременно поправляла новую прическу на голове, которую смастерила ей Анна. Теперь ее белокурые волосы были уложены красивыми волнами в подобие цветка лотоса. Она сбросила шаль, оголив руки, и быстро сорвала несколько веток шиповника. Маленькие капельки крови тут же проступили на белоснежных руках, но Софи даже не заметила, что поранилась иголками.

Анна с изумлением наблюдала за непонятными метаморфозами и вдруг увидела перед собой высокого плечистого охотника.

На нем была полотняная коричневая рубашка, кожаная куртка-дублет, темные штаны и высокие кожаные сапоги с металлическими пряжками. Он стоял посреди узкой тропы, широко раскинув ноги, и таращился на них, приоткрыв удивленно рот. Через плечо у него было перекинуто коричневое ружье.

Это был Джеймс. Анна облегченно вздохнула – она уже ожидала встретить медведя, но все обошлось.

– Добрый день, – он, наконец, поздоровался с ними, когда прошло первое изумление.

– Здравствуй, Джеймс, – Анна была рада ему. Он может проводить их обратно к ручью, пока какой-нибудь дикий зверь не растерзал их по пути домой.

– А мы тут собираем ягоды шиповника, – как бы невзначай соврала Софи.

– Разве этим не должны заниматься слуги, мисс? – иронично заметил Джеймс.

Софи недовольно сдвинула свои тонкие золотистые брови на переносице. Он не поверил ей – попробуй обмануть этого умника! И зачем она вообще притащилась сюда?

– А ты, стало быть, теперь работаешь у Дугласов? – спросил он у Анны.

– Да. Сегодня – первый день, – она начала рассказывать еще что-то, но заметила, – он больше не слушает ее, а смотрит на Софи. Спустя несколько мгновений, он вдруг подходит к ней и замечает:

– Вы же поранились, мисс! – достав из нагрудного кармана светлый платок, он бережно прижимает его к пальцам Софи. Та смущенно краснеет, но не одергивает руку.

– Вы что, знакомы? – наконец доходит до Анны.

– Так, немного… – теперь смущается Джеймс.

Анна удивленно переводит взгляд с него на Софи, но юная госпожа молчит, хотя в уголках ее пухлых губ играет едва заметная улыбка.

– Не проводишь нас обратно к ручью? – просит Анна. Ей начало казаться, что она здесь лишняя и это напряженное молчание между Софи и Джеймсом – из-за ее присутствия.