Дракон в юбке.

 – Брат усмехнулся. – В общем, пока тугодуму все разъяснили, половина твоей лекции уже закончилось. Детям только пяток приёмов удалось отработать, уж больно нежным аристократ оказался.

Тимрон вдруг замер. «Ментальный вызов», – поняла я. Брат напрягся. После окончания связи серьезным тоном спросил, где находится библиотека. Затем энергично поднялся и протянул мне руку:

– Идём. Старшие лорды Калингемы просят о встрече. Очень настаивают.

Я поднялась. Мы вышли из комнаты и, держась за руки, направились в условное место.

Отец и старший сын Калингемы стояли у деревянных резных дверей библиотеки. Я притормозила, давая брату понять, что предпочла бы избежать как представления лордам, так и самой встречи. Тимрон же глянул на меня загадочно и потянул к ожидающим мужчинам. Я их не рассматривала. Подошла без слов, опустила глаза и терпеливо замерла.

– Лорд Таар, полагаю, что это и есть та самая леди Даная Тааро. Ваша сестра, которая не осталась безучастна к судьбе моей младшей дочери, – пробасил старший Калингем учтиво.

 – Леди Тааро, позвольте выразить вам личную признательность и благодарность всей нашей семьи. Разрешите представить вам старшего сына, Иена.

Удивительно, что этот человек знал этикет драконов! Я лишь учтиво кивнула. В разговор вступил Тимрон и объяснил мне:

– Лорд Калингем был послом от королевства Медден. Ещё в давние, лучшие времена. Он очень старался добиться торгового сообщения между нашими государствами, взаимовыгодного обмена студентами.

Но, увы, не случилось. Ему, как и всем магам, было предписано покинуть наши земли в течение часа. Твой отец, помниться, ещё отправлял морем то, что лорд Калингем забрать не успел.

В лучшие времена? То есть, до грехопадения моей матери, двадцать один год назад. Когда мама вернулась из королевства Медден с позором для рода, а фактически с незаконным плодом под сердцем, дядя выслал всех магов с наших земель в принудительном порядке.

«Этот лорд не может быть моим отцом», – пролетела отстраненная мысль.

– Причина обращения к вам, лорд Таар, – обратился к брату Иен Калингем, – в вашей сестре. Точнее, в её, так сказать, попытке воспитать лорда Зовина. Отец данного субъекта обратился с жалобой. Обычно король глух к подобным донесениям. Однако, когда услышал о расовой принадлежности и фамилию вашей сестры, принял неожиданное решение: проявить любопытство и взглянуть на оную леди.