Я люблю тебя, Солдат

Если, допустим, вы не попадёте ни в руки белых, ни в руки зелёных, то, в данном случае, к кому же вы попадёте?»

Этот вопрос, на вид такой нелепый, абсолютно сбил с толку не только красноармейцев, но и всех присутствующих, и даже общинного старосту. Действительно, трудно было понять, на что намекает его заместитель.

«На что это ты намекаешь, пособник белых гадов?» – спросил со злостью заместителя ретивый красноармеец.

«А я ни на что не намекаю, а хочу спросить, каким это образом вы наткнулись на белогвардейский отряд, который оказался довольно сильным? Вы же прекрасно понимали, что энтот самый отряд, который значительно превосходит ваш отряд по людскому числу и по числу вооружения, очень легко разобьёт вашу небольшую разведывательную группу».

«Ты что такое кумекаешь, дядя? С чего ты взял, что группа наша была небольшая?»

«Как с чего? А разве разведывательные группы большие бывают? К тому же вы были пешие, чтобы идти осторожно и случайно себя не обнаружить. Да и наши люди прекрасно видели всех убитых красноармейцев, их было двенадцать человек, да вас пятеро.

Живыми из вас никому уйти не удалось, это и так понятно, так как бой кипел довольно жестокий. Обстановка неясная, а, следовательно, получается, что с пленными беляки возиться не собирались. Поэтому, скорее всего, никого в плен не взяли и всех красноармейцев поубивали. Значит, вас было семнадцать человек. А это разве много?».

«Большевики в плен не сдаются!» – гордо выкрикнул ретивый красноармеец.

Но заместитель не обратил на его выкрик никакого внимания, а продолжал степенно рассуждать:

«Ну вот, таковой факт, что ваш немногочисленный отряд попал в ихнюю засаду, ты сам подтверждаешь.

Теперь слухай дале. По тому положению, в каком лежали убитые вашенские товарищи сразу понятно, что вы держали круговую оборону в полном окружении и, хотя, не спорю, погибли вы героически, но ничего поделать не могли. Как ты сам гутаришь, вас заранее беляки выследили, незаметно окружили и нанесли вам неожиданный удар со всех сторон. Могёшь возражать, если я не прав».

«Допустим, – несколько мягче произнёс ретивый красноармеец, – но что всё-таки пытаешься мне объяснить, я никак в толк не возьму».

«А то, дорогой пролетарий, что ваш отряд, как я понял, был послан в разведку более высоким начальством, а разведку вы успешно провалили, и сами погибли, и сведений о вражеском расположении тоже не добыли. Получается, что неаккуратно вы разведку свою провели».