Завтра было вчера, или Повесть о вечной любви

Видимо, в него просто вселился БЕС. Да и в меня он, пожалуй, тоже вселился. Заметив ползущего по траве жука, я, почему-то хладнокровно, просто так, шутя, раздавил его. А затем мне опять стало не по себе, мне до безумия стало стыдно.

Я бросился в степь. Нет не за Игорем, наверно, мне захотелось просто остаться одному. Я бежал по степи навстречу ярко – багровому закату. Глаза были влажными, а в душе звучали поэтические строки. Не я, как вы понимаете, слагал эти стихи. Может быть, за меня их слагал БОГ?

Когда одежду ты снимаешь,

Ты обнажаешь свет лампады,

Частичку сердца забираешь,

Но даришь этим мне награду…

Ты светишь мне в ночную стужу,

Ты пробегаешь светлой тенью…

Тебе, быть может, я не нужен,

Но я сгораю от волненья…

Когда к святыне приближаюсь,

В ночной безбрежной тишине…

Я тайну разгадать пытаюсь,

И тайна движется ко мне…

Ладони, руки раздвигаю,

Сквозь сердца стук мороз по коже…

Тебя я всю благословляю,

Хранитель-ангел мне поможет

К тебе приблизиться сквозь ВЕЧНОСТЬ,

Познать всю прелесть совершенства,

Вселенной бурной БЕСКОНЕЧНОСТЬ

В тебе увидеть сквозь блаженство.

Сорвать все дьявольские маски,

И райские создать картины

И победив в себе коварство…

Тебя, возвысить до БОГИНИ…

Когда я очнулся от своих мыслей, я обнаружил себя довольно далеко от лагеря. Сколько же времени я находился в прострации? Уже проявились звёзды, взошла полная луна, которая представилась мне обнажённой красавицей.

Эх, женщины, женщины, что вы с мужиками творите? Игоря я не встретил и медленно поплёлся назад. Я очень боялся, что его не окажется в лагере и с испугом спросил ребят:

«Игорь, вернулся?»

«В палатке, дрыхнет, бедняга…после ТАКИХ переживаний» – опять съязвил Альберт.

Надвигалась очередная четвёртая по счёту, после той безумной, ночь. Меня не покидало ощущение, что очень скоро опять что- то произойдёт. Полыхал костёр, около которого…какие-то беседы, споры, песни, шутки, пошлые анекдоты.

Пролетел час, другой. Мы почему-то не уходили спать. Словно чего- то ждали. Игорь, вышедший из палатки, молча, сидел с нами. Я, пожалуй, снова находился в какой- то гипнотической отрешённости. «Господи, да что со мной опять происходит?» В душе у меня как и в ТУ НОЧЬ застучала и забилась, не находя выхода, тревога. Она, эта тревога, словно давила меня, прижимала к земле. От тревожного напряжения я сжал зубы и они у меня, почему-то заскрипели.