Дьявольский коктейль

 – Ставки растут!

– И многие потеряли свои деньги?

Конрад хихикнул:

– Большинство, дорогуша! Сегодня днем.

– А вы?

Конрад прищурился и склонил голову набок:

– Вы легко взрываетесь, но обычно не из-за себя.

– Видите ли, он не может ответить на ваш вопрос, – объяснила Джил. – Это тоже против правил.

Но это был уже четвертый фильм, над которым я работал вместе с Конрадом, так что, можно считать, он мне все сказал.

Ивен наконец пришел. Решительно прошагал к своему стулу, сел и принялся деловито хлебать черепаховый суп.

Решительный и сосредоточенный, он не отрывал глаз от тарелки и либо не слышал, либо не желал слышать общих фраз Терри, осторожно пытавшегося завязать беседу.

Я задумчиво смотрел на Ивена. Сорокалетний, жилистый, среднего роста, агрессивно-энергичный. Непокорные черные курчавые волосы, лицо, на котором, казалось, каждая мышца исполнена решимости, яростные и горячие карие глаза. В тот вечер его глаза смотрели в никуда, словно Ивен прокручивал в голове какие-то видения.

Бурная мыслительная деятельность отражалась в напряжении всех мускулов. Ивен судорожно стискивал ложку и сидел прямо, точно аршин проглотил.

Не нравилась мне его вечная напряженность. Никогда и ни при каких обстоятельствах. Она всегда пробуждала во мне иррациональное желание поступить наперекор тому, на чем он так настаивает, даже если его идеи были вполне разумны. А сегодня он явно был на взводе, и во мне пробудилась антипатия равной силы.

Ивен быстро расправился с паэльей, которую подали следом за супом, и решительно отодвинул пустую тарелку.

– Итак… – начал он.

Все умолкли, готовясь слушать. Ивен всегда говорил громко, голосом, звенящим от внутренней энергии. Невозможно было находиться в одной комнате с ним и не слушать его.

– Как вам известно, фильм, который мы снимаем, называется «Человек в машине».

Да, это нам известно.

– И как вам известно, машина фигурирует почти в половине уже отснятых эпизодов.

Это мы тоже знали, и куда лучше его, поскольку участвовали в съемках с самого начала.

– Так вот… – Ивен сделал паузу и оглядел стол, привлекая общее внимание. – Я поговорил с продюсером – он согласен… Я хочу перенести акценты. Изменить все впечатление от фильма. Теперь в нем будет не один обратный кадр, а несколько. Они будут перемежаться эпизодами в пустыне, и каждый такой эпизод должен будет создавать впечатление, что дни идут и герой теряет силы. Спасения, как такового, не будет.