Счастье больше не секрет

Вы держите яблоко в левой руке, так? Теперь сделайте, чтобы мысленно точно такое же появилось в вашей правой руке. И не только появилось. Но и почувствовалось. Со всеми знакомыми уже ощущениями. Получается что-нибудь?

– Не совсем.

– Это не так просто, как может показаться. Людям гораздо легче пересечь океан, куда-то умчаться, чем удерживать внимание на предмете. Пятнадцать-двадцать минут кажутся им вечностью. Вам нужно достичь такого эффекта, чтобы в каждой руке ощущалось полноценное яблоко. Вместе с плодоножкой!

Он помолчал немного, дав мне возможность сконцентрироваться.

Через некоторое время мне показалось, я даже услышал звук, похожий на скрип яблока в правой руке.

– Вот, чувствуете? У вас получается, – продолжал Бабаев. – А теперь медленно переведите взгляд на меня. При этом продолжайте наблюдать яблоко в вашем воображении. Если всё делаете правильно, вы не будете видеть моего лица, только его размытые очертания. Получается?

– Да.

– Оставайтесь в этом состоянии и подумайте о том, что хотели бы узнать обо мне.

Я ничего лучше не придумал, как спросить: «Что за человек передо мной? Сумасшедший или нормальный? Чего от него ждать?». Поначалу ничего не происходило. Я прислушивался, даже принюхивался и пытался повторить тот же вопрос, только с другого конца: «Ждать-то от него чего? Чего ждать?». Вскоре картинка перед глазами стала видоизменяться, как будто резко прыгала яркость на экране. Только изображение Бабаева оставалось одинаково тусклым и размытым. Я думал, вот-вот увижу какие-то образы, даже услышу обрывки фраз, я готовил себя к тому, что буду считывать едва уловимые тексты и мне надо постараться их запомнить или даже быстро записать.

Но ничего подобного не случилось. Возникло лишь едва уловимое ощущение безопасности, комфорта, надёжности. Это всё я сформулировал для себя только после того, как вышел из необычного состояния. В процессе я не мог думать, только, как тонкая антенна улавливал неведомые ранее сигналы.

– Ну, что расскажете обо мне? – окончательно привёл в чувства голос Бабаева.

Я посмотрел на него ещё раз обычным сфокусированным взглядом. Передо мной был уже не тот Бабаев – не странный и непонятный тип с необычной внешностью. А какой-то другой. Я стал его осматривать. Вроде, всё то же: те же пронзительные глаза, вытянутый овал лица, порхающие на ветру пушистые волосы. Но вот выражение лица, выражение глаз стали другими. Какие же это глаза? Кристально чистые. Я вгляделся в его родники еще пристальнее.