Иллюзия Реальности

Повезло так повезло!

– Поверить не могу? Разве так бывает?

– Вот уж точно, – женщина подошла ко мне вплотную и крепко обняла. Затем отвела глаза, отстранившись, – Пройдемся?

– А где второй малыш?

– Раз уж мы встретились, то пошли в сторонку, нужно поговорить. Я так рада тебя видеть!

– Да, конечно.

Я сразу поняла, что произошло что-то плохое. Темные круги под глазами и уставший вид женщины плохо маскировали ее попытки быть улыбчивой.

Мы повернули направо, в сторону зоны отдыха и детских площадок.

На улице было очень шумно. Со стороны базы доносились звуки машин и голоса солдат на построении. Я то и дело косилась в сторону прозрачного ограждения, но искаженное стекло мешало рассмотреть, что происходит за пределами элитной жилой зоны.

Детская площадка гудела от криков детей и разговоров молодых матерей. Час пик для отдыха с малышами и повод мамочкам обсудить новоприбывших. Правда на нас никто не обращал внимания. Анна осмотрелась, оценивая обстановку, и отпустила Диану поиграть в песочнице.

Та радостно побежала в своем желтеньком платьице к черному квадрату, наполненному доверху белым песком. Там уже вовсю резвилось двое мальчишек ее возраста.

– Присядем? – предложила подруга, – Только отойдем в сторонку. Здесь и у стен есть уши.

В сторонку это ближе к ограждению. В самый угол к двум деревьям неизвестного мне сорта, растущим в больших горшках при искусственном освещении.

– Что случилось? – я опустилась на стеклянную поверхность лавочки.

Оказалось очень удобно. Изгиб к спинке анатомически подходил под тело человека. Будто форма до миллиметра высчитана лучшим мебельщиком Пустоши.

– Да сущий ад творится с первого дня, как мы сюда приехали! – Анна потерла нос, справляясь с эмоциями, – У Томаса лихорадка. Он весь в крапивнице. Слабеет день ото дня. Я понятия не имею, что это за болезнь. Есть подозрения на вирус. В Пустоши мы впервые. Сынок привык к другому климату и воздуху, понимаешь?

– Боже, – выдохнула я, – И где же он сейчас?

– В местном медицинском блоке.

Чтоб его! – ругнулась подруга, сплюнув в сторону, – Он рассчитан на жен военных и на детей. Там почти ничего нет и палат всего пять, одна из которых занята роженицами. Я сразу подняла панику и моего мальчика забрали.

– Что говорят?

– Да ничего не говорят, – вздохнула женщина, – Пока разрешают приходить к Томми дважды в день. Вот навещаю, кашки приношу. Он у меня тепличный мальчик.