Иллюзия Реальности

Я подняла руки и ужаснулась – ладони в порезах от стекла, а пара небольших осколков торчат рядом с большим пальцем.

Сжав зубы, я вытащила один, а затем другой. Кровь брызнула на одежду.

– На нас напали? Что происходит?

Вдоль потолка замигала голубая световая полоса, а здание мгновенно наполнилось раскатом противного писка, доносившегося отовсюду. Следом громкий женский голос железным тоном с повторениями потребовал спуститься по аварийной лестнице в подвалы.

Надо выбираться. Я схватилась за край кухонного шкафа и, опираясь на стену, поднялась на ноги.

В глазах двоилось, голова сильно кружилась. Ориентироваться стало сложно, особенно когда погас основной источник света. Шаг за шагом я пробиралась к входной двери, а в голове заиграли голоса:

«– Почему он должен уехать в город?

– У Эбена нет родителей, поэтому его воспитает система.

– Я тоже хочу в город!

– Пока нельзя, милая. У тебя есть папа и мама. Как же ты их оставишь?

– Но я хочу поехать с Эбеном!

– Поедешь, когда станешь взрослой.

Вы поженитесь и всегда будете вместе»

Я четко увидела солнечный свет и окна с синими занавесками. А рядом мальчик. Он серьезный и мы… Кажется мы друзья?

– Эбен знает кто я…, – схватившись за голову, я застыла у двери, – И знал меня с самого начала!

Глава 3. Выбор

Я передвигалась по коридору на ощупь. Смогла нащупать ручку двери, открыла ее и выбралась наружу. В холле здания бесперебойно горел яркий свет. Паники среди жителей не было и это несмотря на тревожное звуковое оповещение.

Женщины с детьми и несколько мужчин выстроились ровными шеренгами в две стороны. Они шли к лестнице и спускались вниз. С моего этажа все двигались направо, с нижнего налево и далее ниже в таком же порядке.

– Так, надо уходить, – прошептала я сама себе.

Никто не обращал на меня внимания. Похоже, подобное случается здесь нередко.

Надоедливый голос оповещения напоминал – «пора спускаться», а я никак не могла собрать все мысли воедино. Нужно вспомнить! Крохотные осколки прошлого навязчиво свербели сознание.

Казалось, если я переключусь на звуки и внешнюю среду, то окончательно потеряю тонкую нить памяти, словно эфемерный сон после пробуждения.

От напряжения я буквально сжала голову руками, свернувшись на корточках. Пыталась воссоздать в памяти образ женщины, которая говорила со мной и Эбеном в детстве. Хриплый низкий голос был знаком и принадлежал человеку в годах. Я испытывала приятное чувство тоски.