Иллюзия Реальности

После, запив это стаканом воды, я решила закрыть вопрос с лекарствами и выбралась на улицу через потайной ход, показанный Эбеном.

Проходить через главные ворота, используя метод взлома – опасно.

– Боже! – выдохнула я, увидев масштабы происшествия прошлой ночи. Двухэтажное здание у госпиталя было наполовину разрушено. Все черное от пламени с зияющими окнами-глазницами. За ним вдалеке дымящийся котлован и множество мусора от попадания снарядами в землю и мелкие постройки.

Повсюду трудились бригады в черно-оранжевой форме.

Собирали в небольшие телеги мусор, сметали с дорог осколки, фиксировали разрушения на зданиях.

Я прошла вперед, мимо трудящихся и военных с оружием в руках. По всему Диалону выставлен патруль. Те самые военные, прибывшие на огромных машинах с Адамом и Роном. В этот раз никто из солдат не обращал на меня внимания.

Светало. Настолько, насколько это возможно. В Пустоши в полдень наступает самое светлое время суток. Я начинала привыкать, раз стала разбираться в ночи, утреннем свете и дневном.

Теперь яркое солнце станет обжигающим для непривыкшей к нему жительницы пустыни.

Склад уцелел и работал, несмотря ни на что. Это было длинное здание с подвальным помещением, откуда вежливая девушка принесла по номеру уведомления мою посылку с ценными лекарствами для Томаса.

Теперь у меня хотя бы есть чувство удовлетворенности. Я помогу ребенку, а остальное не важно. Даже если Адам закроет меня в Витруме, без права покидать его в дальнейшем.

Возвращаться в госпиталь не стала.

Осталась у котлована, наблюдая за тем, как работают строители, восстанавливая утраченное. Так я хотя бы не встречусь лицом к лицу с Эбеном.

– Эмбер!

Я обернулась на голос. В паре метров от меня стоял высокий блондин. Его оружие висело на ремне за спиной, на форме местами виднелись потертости от рыжей пыли и следы крови. Не дожидаясь предстоящего серьезного разговора, я сама подошла ближе. В этот раз Адам проявил снисхождение и обнял меня, прижавшись щекой к макушке. В теплоте рук и глубоком вдохе я почувствовала необходимое мне прощение.

Может ошиблась, но его гнев отступил.

– Я вернусь в Витрум с обозом, – прошептала я, отстранившись, – Сегодня вечером. Лекарства у меня.

– Не стану спрашивать почему ты так поступила. Благородство и сострадание хорошая черта, но не в том случае, когда совершаешь опрометчивые поступки, – Адам прикоснулся рукой к моему подбородку, поднимая лицо к себе, – Когда-то ты просила не обманывать тебя.