Иллюзия Реальности

Надеюсь тогда я вспомню почему пошла против учителя и почему он не убил меня в том туннеле. Ведь это был он. Теперь я знаю, что Призраком был Итан. Отец Розмари.

«– Итан Брайс. Это имя теперь ни о чем не говорит, а когда-то он был гением программирования, а после диверсантом.»

Голос Деметры звучал в моей голове, как и ее рассказ и попытке бегства. Она любила его, а он пытался бороться с системой. И, похоже, не оставил этих попыток по сей день.

Утомительная дорога закончилась только под вечер. Жаркие дни настолько сбили мои едва устаканившиеся биологические часы, что я перестала понимать какой сейчас час.

Из двадцати семи часов Андариона, по привычке, навязанной мне воспоминаниями о несуществующем прошлом на Земле, воспринимала двадцать четыре.

На улице стало темно. Свет станции занял свое место на ночном небе Пустоши. Машина остановилась у крошечной палаточной стоянки. Здесь было не больше пяти шатров, растянутых кругом. Ткань пол цвет песка, легко теряется в общем тоне пустыни, если наблюдать издалека.

Рядом расставлены горящие факелы. Как только машина остановилась, в салоне включили свет и женщины засуетились. Все они были постарше меня. Не разговорчивы. Возможно, так и должны вести себя те, кто годами ездят с мужьями. Поведение Зои было активным. Не просто так. Она меня узнала, но ничего не сказала.

Адам вышел из кабины в салон. Он присел у кресла на корточки, пока остальные выходили на улицу. Снаружи подул прохладный ветер.

– Ты как? В порядке?

– Да, все хорошо.

– Задержись немного.

Я должен удостоверится, что все спокойно.

Адам сжал в ладони мою руку. Я посмотрела в окно.

– Эй, – прошептал военный, возвращая мой взгляд к себе, – Тревожиться не о чем.

– Хорошо. Делай, что требуется.

Блондин оставил меня на некоторое время. Он встретился с прибывшими военными и проверил условия, в которых мы проведем эту ночь. Вернулся спустя двадцать минут с круассаном, завернутым в бумагу.

– Смотри, что раздобыл! Идем?

Я с удовольствием приняла из его рук ароматную выпечку.

Почти как та, что он сам готовил во времена жизни в гарнизоне. Мы не обедали, поэтому я сразу надкусила кусочек, ступая по песку в сторону шатра.

– Наш совсем небольшой, зато уединенно. Не могу гарантировать душ. Он есть, но условия отвратительные. Плюс похолодало.

– Ты очень заботлив. Надеюсь, ночь ты проведешь со мной?

По выражению лица блондина я догадалась, что ночевать придется в одиночку. Это расстроило. В груди поселилась тоска.