Иллюзия Реальности

Настоящая, родная.

– Ты смеешься? – подруга так быстро подскочила с места, что чуть не перевернула стол, – Неет, это бред.

– Она была вынуждена это скрывать, ведь Деметра не Митаи. Ты же знаешь, что одна из Митаи была в доме Мира ради дочери Маргариты?

– Нет, Эмбер, я ни за что не поверю, – взмахивая руками, Розмари стала ходить по комнате. Я понялась следом, – Она же могла мне сказать, если бы это было правдой? Могла сказать давно и… Да я бы никому не рассказала. Нет, ты точно ошибаешься.

– Не могла, потому что была связана клятвой.

А когда тебя отправили в Пустошь, она пошла против системы. Я уверена, за тебя она порвет глотки всем в Андарионе и поэтому я так переживаю, что она не станет допускать туда Пола.

– А отец? – Розмари растерла глаза от слез. Нос распух, губы дрожали. Я хотела ее обнять, но подруга не подпускала к себе, – Кто он? Тоже военный? Или кто-то из Воробьев? Иначе зачем ей было отправлять меня в пансионат?

– Твой отец был гением. И он здесь, в Пустоши. Возможно, он даже не подозревает, что ты существуешь.

– Был гением, но говоришь о нем, как о живом? Значит он в изгнании?

Я поджала губы, согласно кивнув. Не знаю, насколько для Розмари больно понимать, что отец повстанец. В Андарионе связь с повстанцами и изгнанниками порицалась. Я не стала скрывать правду. Девушка должна быть готова ко всему.

– Итан пошел против системы, – развела руками я, – И, похоже, я даже была знакома с ним лично. Но моя амнезия… Сколько бы я не пыталась, память возвращается по крупицам.

– Ты не знаешь где он? Я могу с ним увидеться?

– Не знаю, Розмари. Боюсь я не смогу помочь. Ты можешь спросить об этом у Деметры, когда та вернется. Не дай ей обмануть себя, она попытается это сделать во благо твоему неведению.

Розмари мрачнела. Я поспешила успокоить ее.

– Прости, что говорю так цинично и прямо. У меня не будет другого раза, чтобы сказать тебе это.

– Ты вроде как заботишься обо мне?

– Розмари, ты должна знать своих родителей и не должна разлучаться с любимым человеком, путем обмана.

Мне правду не говорили и я по себе знаю, лучше узнать, чем потом чувствовать себя…

Розмари не дала договорить. Она подошла ближе и рухнула в объятия, сжимая меня очень крепко. Девушка вроде бы держалась, но когда я обняла ее в ответ, та разрыдалась на плече. Я гладила ее волосы, улыбалась и говорила добрые слова. Розмари будто сестра, которой у меня не было. Она единственная, кто с самого начала вызывал в душе теплые чувства.