Абсолютный узник

Может быть, это как-то связано с техническим сбоем? Матрица поплыла в пространстве, они не могут восстановить ее координаты и поэтому не могут выключить. Да нет! Матрица создается аппаратом, аппарат стоит на месте и никуда поплыть она не может! А может, может? Но, одно дело – смещение, о котором говорил Петровский, а другое – отрыв матрицы. Петровский не один раз подчеркнул, что в этом отношении система безопасна. Так что, разумнее будет исходить из того, что матрица остается на месте. А вот, что касается движения… Петровский ведь не зря перестраховался и загнал лабораторию на такую высоту.

Ладно, пока что, он ничего сделать не может, а потому остается только наблюдать. И надеяться, что через неделю все это закончится!

И Антон занялся наблюдениями.

К сожалению, земля уходила все ниже, и смотреть становилось все более неудобно. Зато пространство разворачивалось потрясающее. На что же это похоже? На птичий полет? Да нет, – полет на воздушном шаре, вот что! Та же скорость, та же высота. Ну, что же, воздушный шар, так воздушный шар.

Ты смотришь на линию горизонта, и, кажется, – стоишь на месте, а через какое-то время оказывается, что внизу уже появились какие-то новые детали пейзажа. Это все равно, что следить за движением минутной стрелки. Скучновато, конечно, но, что остается! Кстати, а высота не растет? Кажется, нет. Но, в любом случае, его задача – смотреть и запоминать то, что он видит.

И Антон смотрел. Он смотрел на предгорья, потом – на высокие холмы, потом – на равнину.

А потом наступил вечер.

А потом ночь.

Спать не хотелось абсолютно, да, наверное, и невозможно было. Антон плыл в темноте, под звездами, и оказалось, что даже так есть на что смотреть. Он старался запоминать конфигурации редких населенных пунктов, силуэты отдельных, ярко освещенных зданий, любовался звездами, которые на этой высоте были прекрасны, заметил мигающий огонек самолета, и встретил рассвет в приличном настроении. В конце концов, такое может и не повториться. Да что там – может! Дураку понятно, что это – уникальный случай! Поэтому, нужно лететь и наслаждаться.

Вот диагональ, только, достает.

Утром солнышко встало с правой стороны и нахально проникло в его сознание. И это было не очень приятно! Глаза, естественно, не болели и не слезились, но само присутствие слепящего света в зрительном поле очень мешало наблюдать за землей. Через несколько минут солнце ушло, и Антон мысленно поблагодарил Петровского за предусмотрительность.