Тушь

– Я был на экскурсии в тропических лесах, там растёт такой цветок, красный, схожий с женскими пухлыми губами, вот и предположил. Но одеколона с таким ароматом я не встречал, так как говорят цветок на грани исчезновения.

– А что там про «губы распутницы»? – Грубо спросил лысый.

– Ну так его называют местные, так мне экскурсовод сказала. – Нервничая отвечал ботаник.

Миа выслушав его, скомандовала отправить его в участок:

– Допроси «додика» как следует, что он тут делал? Откуда знает про цветок? – Сказала она бородатому эксперту.

Тот кивнул и принялся исполнять.

По мокрому асфальту до слышались тяжёлые шаги армейской обуви. Это возвращались уже совершив по квартирный обход, разводя руками и мотая головой, с пустыми руками два засланных сотрудника.

– Эх… – Вздохнул лысый: – Я же говорил глухо, профессионал этот наш «парфюмер» … – Махнул рукой он.

Миа покусав вновь угол ежедневника, ещё не много посмотрела по сторонам в надежде найти что либо, но не прошло и минуты как тоже махнула рукой:

– Ладно! Погнали … – Отрезала она: – Заканчивайте тут всё! – Обратилась она к сержантам: – Что стоишь? Пойдём ты же кофе меня обещал угостить.

 – Улыбнулась Ми лысому оперативнику.

В ответ он пожал плечами, указал руками путь к двери служебного уазика: – Прошу, мадам.

часть. 2 «Чёрный кофе»

Миа всегда мечтала помогать людям и стремилась работать именно в органах милиции. Быть сыщиком, распутывать дела и ловить преступников. Быть героем для родителей. Родителям надо сказать столь дикая идея совсем не пришлась по душе, они видели в дочери балерину и с детства она занималась танцами.

Ещё вчера казалась она сбегала с занятий в местный тир чтоб пострелять по банкам или вместо танцев поиграть в сетевые стрелялки на компьютере с ребятами. У Мии никогда не было подружек, ей было комфортнее дружить с мальчиками. Разбиты в кровь коленки или синяки на лице совсем не красили юную балерину. А местные бабульки прозвали её «пацанкой». Но всё же после окончания школы родители сдались, отправив дочку в высшее милицейское заведение, от куда она выпустилась с отличием. Но в оперативном отделе Мию никто не ждал, а ждал её долгий период в канцелярии. Начальник совсем не видел в ней оперативника, посадив за письменный тяжёлый коричневый стол, разбирать и заполнять бесконечные бланки. От запаха пыльных дел, что окружали её как немцы в плен, кружилась голова, а за этим самым столом видимо умерла не одна женщина, причём от старости.